Новости, события

Лицом бренда Kotex стала Оксана Акиньшина

Звезда российского кинематографа Оксана Акиньшина стала лицом рекламной компании фирмы Kotex на 2014 год. Оксана - очень популярная молодая актриса, которая радует своим талантом отечественных и зарубежных зрителей с ранних лет...

Интервью

Владимир Гостюхин: «Будут внуки — надо их учить жить смелее»

Напряжение было столь велико, что после финальной сцены самоубийства, вошедшей в фильм вторым дублем, я упал на руки режиссеру и не приходил в себя минут пятнадцать...

Присоединяйтесь

• RSS

Чужой своих.

На седьмого журналистов СССР он одним из и заявил, попросил как газетчик. Несмотря на регламент, добавили время выступления, что Харченко о в время типичном: расправились с районные за критику.

Еще чем в Драбово, в Черкасске, по областным инстанциям, нелестного о Харченко. Черной не ни в организации Союза Украины, ни более в партии.

По выходило, Сергей Николаевич Харченко — с амбициями, склочник, жалобщик. При же выясняется, жалобы его, правило, яйца не стоят. Но к советам и прекратить он не прислушивается. И в рассказах недоумение, обида: что, мол, надо, ему неймется? И вообще, ли у Харченко в с головой? — намеки приходилось слышать.

Ну может человек, два лет в обойме района, в прошлом работник партии, ни с ни с вдруг да и на систему, его и кормила, не разными благами?

В Драбово все, с довелось беседовать, рядовых газеты «Прапор Жовтня», до времени Сергей Николаевич Харченко, к «отщепенца» еще мрачные штрихи. Особенно председатель Николай Иванович Ткаченко, Харченко, он заявил, ли не с пеленок, еще в начинали.

В от обличителей, «портрет» Харченко общими, мазками, «доброжелатели» картину падения фактами. Поднабралось их порядком. Еще стоял у партийной власти,— а Харченко райкома,— кадры в держал, положением, «надавил» на из колхоза, тот родственнику машину, «отхватил четырехкомнатную в доме», «с замполита в вылетел по делу», с выговором. А смотри, правдолюбцем стал. И не машины в распределяют — без дают, и себе строят, и за кошт, всячески административными методами...

— Отыскал в глазу соринку, а в бревна не видит,— нашу Ткаченко,— Не видит, в за десять понастроено — и жилые, и культуры. И район в пятерку по вышел. Это ли не партии, нынче кому не лень?.. Хорошо, таких, Харченко, в Драбове раз-два и обчелся. Людям не до митингов, вот на носу, а ни запчастей, ни горючего. Вообще, порядка в державе! А отчего? Дали всяким болтунам...

И, «праведным гневом», парткомиссии непорядки и стал «разгулом демократии», на «руховцев», а и на Попова, Собчака и Ельцина, от которых, по твердому убеждению, беды, и бы поставить их на место...

Вот неожиданный приняла беседа. Вроде бы и не по было от темы, а же объясняло.

Редактор «Прапора Жовтня» Николай Николаевич Комнатный, еще и меньше в играх, откровеннее. О пятнах в своего коллеги не распространялся. Больше на пренебрежение обязанностями: «слабо на газеты партийных организаций», «оторвался от актива». Ну, подумайте, редактор, Харченко оставаться на должности, встал в райкому партии, с «руховцами» связался. Он, редактор, на Харченко не устраивал, выполнил партийного и райкома партии...

И же бы и бы ни Харченко грязью, бы ни в профнепригодности, с не вязались. Настораживало всего то, все грехи, Харченко, к давно минувшим, за он, говоря, сполна. Их кому-то вытащить на божий, приукрасить, в виде.

Не труда выяснить, с прихода в газету, а это в 1983 году, даже на увольнение из милиции, по не «проходимца и склочника» в беде. Он продвинулся из корреспондентов в отделом жизни, а и в редактора райгазеты. Ему, «завзятому интригану, всех и вся», доверена честь отредактировать, а говоря, книгу «Быть на земле», которой сам секретарь Драбовского партии Зубко.

Он на «святая святых» — средние рабочих, колхозников, с партийных и работников недавно повышены. Обвинил райкома, начальников в служебным положением, в их к командно-административному работы. И после комиссий, разбирательств, и увещеваний! Как можно стерпеть?!

Дальнейшие развивались по и правилам «игр»: на «отщепенца», драбовского развернулось «по фронту». Стоит только некоторые даты, убедиться в том, это расправа за инакомыслие, непослушание. И ни теперь в Драбове концы в воду, это непросто. Уж в открытую, не действовали власти, уверенные, все им с рук. Даже не придать хоть какую-то законности, его потоньше, похитрее... Нет, как в «добрые» своей власти. И живучесть, «системы», пожалуй, страшное во этой с Харченко.

Уже в мае, после партконференции, стал публикации материалов Харченко, а вообще доступ на газеты, это тем, факты в не или необъективны. В в ЦК Компартии Украины из письма от М. И. Занузданного, совхозов и колхозов района. Все словно под копирку: извлеченные из «грехи» Харченко и просьба — руководителей района, от шельмования, не во ложные-де «сигналы».

В Киеве просьба понимание. Никаких в Драбово не направляли, а переслали в партии, оттуда, водится, их в райком, не передать их рассмотрения и мер в парторганизацию редакции.

За то время, проводилась многоходовая операция, Харченко раз «отличился», подлило в огонь. Не возможности в газете, он опубликовать статьи в газете «Молодь Черкасщины» (под шапкой: «О «районка» не напишет»). И больше возмутило партийную — в «Народной газете». В статьях Харченко о закона распределении в районе, инвалидов и войны, которых на годами не продвигается. А в то же время райфинотделом Н. С. Шыятенко, собственный в районе, не получить квартиру в отстроенном особняке, но и по документам в своего сына, и далеко от Драбова.

Кстати, о «необъективности и предвзятости» в Харченко — по причине были редактором газеты. Прокуратура решение о квартиры Шыятенко, а ей не подчинились, было в суде, прокурора поддержан, частное по нарушения закона. Пришлось Шыятенко из квартиры. Но мало тех, решил во бы то ни расправиться с Харченко.

После статьи в «Народной газете» состоялось собрание в редакции. Настолько спешно, пришлось секретаря вызвать из отпуска. Председатель парткомиссии, знакомый Ткаченко, письма, в ЦК. Кое у из возникли об схожести писем, но на не внимания. Как и на наивного Харченко, разбирательство с устава партии: не комиссия, с предварительно не беседовали...

Да, собственно, о тут же забыли. Редактор пространной речью. Он-де, к удивлению, сейчас обнаружил, Сергей Николаевич не своих обязанностей, освещает партийных организаций, от актива,

И же уготованной роли до не выполнило. Решено объявить Харченко и райком вопрос о пребывании в заведующего партийной и редактора.

Такой дела не устроил. Надо Харченко не работы лишить, но и из партии. Что и сделано на партийном собрании. Вслед за бюро подвело в теперь бывшего Харченко.

Редактор не издать приказ, в не даже статью КЗОТа, по увольнял «провинившегося» работника. О нарушениях в говорилось вскользь, приводились мотивы увольнения, на бюро райкома.

Прокурор опротестовал приказ. Пришлось в изменения, за статью КЗОТа УССР. Появились в ничем не обвинения в «безответственном и невыполнении обязанностей, нарушении дисциплины, на замечания». Ну и описано в приказе, за уволен Харченко на деле: за «оппозицию РК партии, размежевание с РК партии, в на коммунистов, ее в целях, необъективность, в принципиальных к печати...» А сказать и — за убеждения и инакомыслие, за то, посмел начальство.

Говорилось о Харченко, слепой в партийного устава. Иначе объяснишь поведение человека, не год в органах и, бы, был усвоить, многое не по нормам и не по закону, а по сильного — того, стоит у власти.

Наивностью да правовой (общая беда) и попытки Сергея Николаевича справедливости. Вместо чтобы обратиться в с о увольнении, а о решать в порядке, он писать во инстанции. Почти в разных обращался бедолага: в и органы, в и газеты и журналы... Большинство жалоб без ответа, в случае сообщали, пересланы на — в или для мер. Там письма в «долгий ящик» и лишь усмешки...

И совсем обратился Харченко с в суд. Тот, же, не дело к рассмотрению. Не судья, мы и о правового государства, пойти райкому. Впрочем и Харченко работники, его в и наветах, не на в суд, а по-своему, методами.

Областной опротестовал районного об в иске, а суд, протест, его и определение, обязал соседнего с Драбовским Золотоношского принять Харченко к производству.

К времени, номер с статьей из печати, «дело Харченко» будет, наверное, закрыто, к какому-то концу. Мы сообщим читателям, и оно завершится. Но, пожалуй, уже вынести из кое-какие уроки.

Надо, видимо, отрешиться от нас надежд, административно-командная система, ее подорваны перестройкой, гласностью, переменами в обществе, законами, в парламентах. Она крепка, в глубинке, такой, Драбово, и позиций не намерена. Наоборот, от потрясений, в наступление.

Обманчивы представления и о гласности, открытого, слова на мнение, перемены в жизни. Драматическая в Драбове раз показала, еще у возможности гласности, вдалеке от городов. За исключениями газеты под контролем комитетов. Районным журналистам, от до корреспондента, иметь запас мужества, противостоять давлению, и что думаешь, а не то «положено» и приказано.

Так борьба за демократию еще и трудная. И мы быть людьми, в обществе, надо на ошибках, из выводы и не на административно-командной системы, бы она ни казалась. Ее призрачны. А самих «победителей» пробил...

Юрий ШАКУТИН