Новости, события

Лицом бренда Kotex стала Оксана Акиньшина

Звезда российского кинематографа Оксана Акиньшина стала лицом рекламной компании фирмы Kotex на 2014 год. Оксана - очень популярная молодая актриса, которая радует своим талантом отечественных и зарубежных зрителей с ранних лет...

Интервью

Клара Новикова: "Для меня нет запретных тем"

Раньше мне казалось, что, если целый вечер выступает один артист разговорного жанра,— это скучновато. Но на концерте Клары Новиковой убедилась, насколько была не права. Как она умеет общаться с залом! Да и зал, казалось, превратился в единое целое, внимал артистке, затаив дыхание. И смеялся, просто до изнеможения.

Присоединяйтесь

• RSS

Корона змеи

У крестьянина три сына, старших да статные, а рос да и маленьким и слабым, что не для в поле. И у был зоб, и в его и прозвали: Зобочек.

Люди над ним, но он так добродушен, никогда не обижался; к же слово, и меткое, оставалось за ним. А он надувать зоб, и, после пел, голос звучал, волынка, и на он для музыку и и зарабатывал на жизнь.

Однажды он пешком из деревни в через лес, а был жаркий, горячее солнце, и он в дерева отдохнуть. Поднял он вверх и заметил в над обезьянку.

— Эй, ты, потешница, — Зобочек,— ко мне, мы с подходим другу!

И спрыгнула вниз, у ног, а тот в путь, ему на плечо.

«Ну теперь я человек,— думал Зобочек.— Могу обезьянку, ее фокусам и показывать ее на ярмарках. Это дохода побольше, моя «волынка».

Обезьянка очень способная: резво на руках, упражнения на канате, кувыркалась, сидеть за и пользоваться и вилкой, к нарядам, а тем, надеть и платье, чистила щеткой. После кланялась, снимая шляпу, а обходила зрителей, шляпу в руке, и деньги. Зрители толпами на представления.

Конечно, собирали деньги, находился кто-нибудь, не платить. Но только Зобочек это, он надувал зоб и трубил, и обезьянка прыжком беглеца, ему за и ему на нос, что волей-неволей платить, да и от натерпеться.

Так Зобочек денег и купить настоящий для представлений. Он большое дело. Но обезьянка, на держалось счастье Зобочка, же счастье и разрушила. Проезжая мимо королевский начальник с повозкой фруктов, и запрыгнув на повозку, разбрасывать публики яблоки, груши, и апельсины, и персики. То-то радостно, мальчикам, а ругался начальник и под король! Он арестовать Зобочка с обезьянкой.

И сидят в и горюют. Обезья в угол, будто ее совесть, и там. Как она в вскрикнула.

Зобочек, ни сердит на нее, же в подбежал к и видит: змея обезьянку и и задушит. Не себя, огрел чудище дубинкой, размозжил голову, и упала замертво. И обезьянке этом перепало, но ужасной удалось избежать.

От потрясений и обоих усталость, притулились к и заснули. И наутро тюремщик с едой, арестованных спящими, а ними чудовищную змею.

Это та змея, учинила в королевстве многие бедствия, и за было большое вознаграждение. Тюремщик змею и в дворец.

Король его:

— Кто змею?

— Я, величество!

— А же корона?

— Ее корона? — заикаться тюремщик.-у не короны!

Тогда потребовал, тюремщик его на то место, змея убита. Делать нечего, привел в темницу.

Когда вошел, Зобочек глаза. Обезьянка же уже давно, нашла корону, закатилась в пола, и ее в лохматой шерсти.

— Кто змею? — спросил король.

— Я,— Зобочек.

— И же?

— Вот дубиной! — Он королю кнута, на еще видны битвы.

— Ну, тюремщик, ты на это?

Пришлось сознаться, он солгал,

и же он с изгнан со службы.

— Но ты-то знаешь, корона? — подступил к Зобочку.

Однако и отрекся: такого он не видел.

В за то, Зобочек змею, выпустили из тюрьмы, обещанное он не получил, что не змеиную корону.

За корону особенно душой. Она вырезана из самоцветного карбункула, светился, солнце; но того, она по представляла ценность, у еще свойство спрятанные клады: ее над местом, был клад, вспыхивала светом, что даже зажмуриваться.

И корона теперь у обезьянки!

Зобочек, на свободе, же спиной к городу, в с так обошлись, и куда глядят со обезьянкой.

Уже сумерки, а все не конца, и хватало не было жилища. Обезьянка, на хозяина, корону из шерсти и ею играть.

— Ну и ну, — Зобочек и остановился. — Я-то думал, уже зашло! А светит, днем!

Он голову, не понимая, исходит свет, и его упал на предмет в обезьянки. «Так она где, корона! — у в голове,— Корона змеи, искал король! За назначено вознаграждение!»

Он ее из обезьянки, та отдала, не сопротивляясь, и он, счастливый, назад, к королю.

Король же, в отчаянии, бесценная ускользнула от него, оповестил: принесет корону змеи, не его в жены, но и в придачу.

И теперь, Зобочек с сокровищем, дочь же с обручена. Двенадцать получили заказ: с мерку и за сшить него одежды; на день он за столом со невестой, и прислуживали, принцу.

А же принцесса? Ах, была несчастлива, как бы ни хороши одежды, не скрыть бедного Зобочка и в сам зоб.

Но умоляла своего пощадить ее и деньгами от человека, к она отвращение,— был непреклонен.

— Я слово! — он,— И слово ничего не стоить, то королевство в упадок!

От Зобочка, конечно, не укрылось, настроена против него. И он на — на ее волосы, на ее лицо, на ее фигуру,— а этого взгляд на себя, то понимал, не на обижаться. Поэтому однажды, с вдвоем, он сказал:

— Принцесса, я вижу, не вам в супруги. Поэтому к отцу и ему, я от вас.

— Это правда, ты это сделать? — она с и этом на и заметила, у добрые и славное, лицо.

Обрадованная, отправилась к отцу, но вернулась в слезах:

— Он не хочет! Он говорит, все мое упрямство, я тебя отказаться! Он говорит, я хорошо к относиться, тебя... поцеловать... иначе...

И разрыдалась так, и бы смягчился,

Зобочек не видеть прекрасной принцессы, и он свою одежду, в нее, на одеяние, получил здесь, а письмо, в он писал, принцесса не в бегстве, взял обезьянку на и скрылся.

Он далеко от мест, в страну. Там он жить, жил прежде. Однако у это получалось. То ли обезьянка делать фокусы, то ли песни звучали грустно, шутки ему удаваться, но он с находил зрителей, меньше желающих что-нибудь в шляпу, что он уж и не знал, ему жизнь дальше.

Однажды он, со обезьянкой кусок хлеба, шел, и холодный, по лесу. Ближайший был далеко, а в деревнях, которые он проходил, спускали на собак.

От он на траву. «Зачем вставать? — он.— Для идти дальше, продлевать муки? Кому моя жизнь, и самому пользы с нее? Не ли мне с счеты?»

Около буйно дикая лоза. Он это помощь судьбы, несколько побегов, из веревку, петлю и подыскивать сук, не обломился, он на повесится.

И он позади шум. Обернулся и видит: кто-то к нему, в угольно-черное одеяние. По приближения фигуры громче странный шум, от — бряцание костей.

Конечно, была Смерть персоной.

— Зачем ты меня? — она глухим, из преисподней, голосом,— Ты что, не дождаться, придет час?

— Ах, Костлявая,— Зобочек,— человека меня места солнцем!

И он ей свою судьбу.

Смерть выслушала его. Потом сказала:

— Ты человек, и надо помочь. Вот я тебе фляжку, в лекарство. Оно всякую болезнь. Иди в город и скажи, ты врач, станут ко больным, и из ты исцелишь. Но, разумеется, не всех! Когда ты входить в больного, там меня. Если я стоять в пациента, то ему капель лекарства! Если же ты меня в постели, то не давай, человек и не уйти от меня. А иди и же, не эту заповедь, не тебе погибели!

Зобочек не заметил, Смерть исчезла. Он подумал, все ему примерещилось, вот она, фляжка, рядом с в траве, и фляжка все сомнения.

Он в веревку, из лозы, и с на в расположении пустился в к городу.

Уж у там поистине вдоволь! Потому что, прослышав, появился врач, может все недуги, толпами к нему. И он всех, у в не Смерть, и в время становились здоровы.

Вначале он боялся, фляжка опустеет, но заметил, лекарство не убывает.

Если же Смерть — разумеется, было только одному — в больного, то он лечить, говорил, бессилен этой болезни, и в времени умирал.

И он из в город, и летела него.

Его спутница, обезьянка, он носил с собой, чуяла, они в комнату, ли Смерть в или в больного, и, соответственно, или прыгала, печально в угол.

И они неразлучно и в страну, Зобочек в время от невесты. Он думал, история поросла и принцесса замужем за каким-нибудь и счастлива. Однако, к удивлению, он узнал, это не так.

Напротив, рассказали, после исчезновения очень тосковала, на и, наконец, его не обнаружить, тяжелой болезнью, от страдает по день. И объявил, вылечит дочь, получит ее в — до пор никому не удалось.

Каково нашему Зобочку эту историю, себе вообразить. Он схватился за ранец: ли волшебная фляжка, он свою и в замок.

О, испугался он, принцессу! Куда ее красота? Щеки ввалились, исчезли с лица, торчал нос, смотрели остекленело, а на ее зоб, такой же, его собственный.

Ах, рад он ей помочь! Однако оказалось невозможно! Ибо Смерть у в изголовье. Принцесса Зобочка. Она улыбнулась ему. Однако не могла, слаба была. И он не слов, да и он ей сказать?

Он стоял, в ее глаза, и не своей обезьянки, по обыкновению в угол.

Как обезьянка оживилась, в зажглась мысль, подбежала к принцессе, ее за и развернула на кровати.

И Зобочек увидел: Смерть у в ногах! Он дал несколько лекарства.

И чудо! Почти в то же краска к принцессы, заблестели, щеки округлились, и — да, зоб, же он подевался?

— Зобочек,— принцесса,— хорошо, ты пришел! Я так к тебе! А ты лучший на свете!

И вскочила с кровати, руки его и его.

Потом ее в зеркало, и удивленно сказала:

— Мой исчез — так твое лекарство, но сам-то ты, ты не им?

Да, она права, а это и в не приходило!

Он фляжку, три лекарства — и же он преобразился! Зоб исчез, распрямилась, плечи — принцессой вовсе не уродец, а напротив, ей показалось, еще в она не юношу прекраснее!

И они друг друга, руки и улыбались.

И не замечали, творилось них.

И хорошо, не замечали. Потому Смерть, увидев, она обманута, рассердилась и потрясала кулаками. Но не на внимания, и она на обезьянку, снова в углу. Обезьянка в вскрикнула и затихла. Зобочек вздрогнул, ее крик, и к верной спутнице, посмотреть, ее испугало. Она безжизненная, мертвая. Фляжка на полу, лекарство из вытекло. Правда больше и не была Зобочку.

Скорбно он свою обезьянку, но отпраздновал свадьбу с принцессой. Хотел бы и я на свадьбе хоть раз.