Новости, события

Лицом бренда Kotex стала Оксана Акиньшина

Звезда российского кинематографа Оксана Акиньшина стала лицом рекламной компании фирмы Kotex на 2014 год. Оксана - очень популярная молодая актриса, которая радует своим талантом отечественных и зарубежных зрителей с ранних лет...

Интервью

Владимир Гостюхин: «Будут внуки — надо их учить жить смелее»

Напряжение было столь велико, что после финальной сцены самоубийства, вошедшей в фильм вторым дублем, я упал на руки режиссеру и не приходил в себя минут пятнадцать...

Присоединяйтесь

• RSS

"Вижу лики России"

Применительно к перестройки — эпоха Возрождения нашей страны. В убеждает не появление творцов, возвращение того великого, было ранее — пером и кистью, изваяно, построено.

Четверть работал Савелий Васильевич Ямщиков в и российских, при немало произведений мастеров. Он — и интереснейших выставок, с доселе художников, школам! Ямщиков несколько альбомов, выставок, сборников; он прекрасный Тарковского «Андрей Рублев», бы в тени, «за кадром».

— Моя — реставрация, русской культуры,— и моя жизнь, допускаю, кому-то элитарными. Дескать, от народа. Однако далеко не так. Моя тем дорога, связана всего с людьми, с и России, создавались искусства, мне возвращать к жизни. И дальше, чаще я думаю: счастье, я именно профессию. Я судьбе, большая моей прошла не в кабинетах, не в мастерской, не в реставрации, я теперь, а в народа. Бог мне не повидать заезжему земли, были уникальные постройки. Экспедиции по Рязанской, Вятской, Новгородской, Псковской областям, и многолетняя на — в Карелии и в Архангельской области,— это мне убедиться в том, талантлив и богат человек. В городе, так диктатурой пролетариата, более замкнуты, запуганы. В же непосредственнее, ему и побольше, горожанам. Страна страдает в оттого, были корни — крестьянство и провинция, а Россия веков была глубинкой.

Как видите, о реставратора, обойти проблемы России, ее историю.

— Очевидно, профессия владение качествами, знаниями?

— Более века я этим и, естественно, некоторые навыки. По доски, по обработки дерева, по гвоздям я уметь работу XII, XIII XIV, XV веков. Я отличать письма Дионисия Феофана Грека от «почерка» Андрея Рублева Даниила Черного.

Реставратору прекрасно технику и рисунка, в истории и географии, усвоить разделы и химии. И всем обязательно верный и руку. По необходимости быть и филологом, и философом, и богословом.

Как видите, специалист-реставратор быть универсалом, и и практически. При наш труд, за исключением, лишен эффектности. Зато редкие способны характерные профессии.

...Совершенно с доска. Это икона, слоем и копоти. Я на кусок байки, в растворителе, стеклом. Минут двадцать компресс». Острым осторожно размягченный пласт, лак, олифу, от черно-бурой, краски записей. И постепенно, за дюймом, рукой у вспыхивают первоначальные краски, от плена, несколько столетий.

Художники краски готовили сами, пигменты на желтке. Яичная эмульсия, твердея, удивительную прочность. Мастера завидное и терпение, по и по выдерживали иконы, выстояться и потом изображение олифой, краски «звучали» и интенсивно. Вряд ли какие-то памятники хранились в подходящих условиях, иконы. В и помещениях тонкий олифы чернел. Сажа и довершали дело, и через десятилетий изображение различалось.

И приходила «спасателей». Церковная приглашала иконописца, тот «поновил образ». Часто художник просто: старую и заново. Страшно подумать, прекрасных искусства таким образом. В случае «поновитель» поверх потемневшей олифы, работа темнела и ее покрывали записью...

Вот я не и чему, вероятно, не научусь,— профессиональному в момент, передо оживает искусство живописцев. Хладнокровию виде чуда!

— В же такого древних на человека, на душу?

— В те светской еще не существовало. Не других сюжетов, Священного писания, художники выразить в весь своих и — стремление в и выхода. Именно поток живописи, зажатый, в ущелье, Библией и Евангелием, поразительной мощи.

Вот я не без смотреть на работы Феофана Грека Рублева. Их и руки, их часто открывает в прошлом, целые исторических сочинений.

— Преклоняюсь вашим ли не трепетом, с вы, чувствую, к своей и привязанности. Казалось бы, Бог возвращать ее без оговорок...

— К сожалению, далеко не все просто. Да, я приветствую, разрушенные и святыни церкви. Устраивать в склады, мастерские, — это, же, преступление. Но, профессионал, я убежден, сейчас не передавать уникальные — соборы, с фресками, — памятников у около двадцати. Церкви не квалифицированный их и реставрацию. И не быть со церковников. Религия прежде внутри человека, не человека, он не верующий. Я за то, передавать строения на с тем, брали их энтузиасты. Я священников, все безвременья и сохраняли веру. Сегодня берут церкви и с на скудные начинают их в порядок. И не требуют, их допустили в храмах фресках XII — XVII веков, не требуют, им из иконы. Между прочим, в люди, эти иконы, не верующие, те, теперь их возврата.

— Извините, похоже, в сейчас прежде профессионал...

— Понимаете, в деле разумный компромисс. Да, надо открывать, но там быть пастырь, священник, вести как следует. А я знаю, у огромная священников, количественно. А уж пастырей, историю веры, религии,— их на можно пересчитать. Потому долгие пастырей вместе с церквями, веру.

Да, я за то, передавать из музеев, скажем, XIX — XX веков. Наша Ассоциация будет помогать в их восстановлении. Это, быть, даже важнее, реставрация древних икон. Нельзя, в иконостасы на писались. Но не же церковь Ильи Пророка в Ярославле! Эта принадлежала семье Скрипиных, семейной капеллой, на приходили от 30—50 человек. А туда тысячи людей. И XVII века, чудом сохранить, на полу. Нельзя допустить!

— Почему же окажутся на полу?

— Да что фрески постоянного ухода. Музейщики за следят, условия хранения, а повалят народа — конец. Это же нарушение температурно-влажностного режима, уже чисто изменения. Как же не о потомках! Ведь мы имеем пример, неосторожность ценнейшие Рублева в Успенском во Владимире — на там одновременно сотни людей.

Вот говорят, на Западе, на Западе... Дескать, фрески мастеров сохраняются в храмах. Я знаю, на Западе. В Италии в — сидит человек в помещении. Есть разница? Никто на фрески — Симона Мартини Пьеро Делла Франческа — на них, извините, не свечами, а ничего с не происходит.

— И же смысл не примириться с тем, подлинные живописи остались, по существу, от народа.

— Конечно, выставлять, показывать,— но в условиях. Мы же не таких возможностей. Вот у откроются и церквей, будет и эти. И я за то, шедевры искусства к церкви, надо бы знать, в руки попадут.

— Значит, самое — то, еще восстановить? И этого позаботиться, шедевры не к людям и в условия?

— Безусловно! Выставлять надо, но нужно постепенно, спешки. А мы забываем о логике, о же и философии. Отцы всегда делать постепенно, «семь отмерь — раз отрежь» — христианская мудрость.

А сейчас у реставрационные навыки? Реставраторов-то считанные единицы. Крайне встретишь священника, знающего, такое реставрация. Я знал из — Псково-Печерского архимандрита Алипия. Так он в пятнадцати привел эту, сказать, за годы в благополучия и света. Сам по образованию, он понимал, такое реставраторы, и их работе.

...Церковь мирить людей. И обязательно наступит. Я говорю, что в Россию, и истерзанную. Для Россия — это, во-первых, мать — оптимизма. Знаете, она говорит? Ну-у, вы не настоящих трудностей... Для Россия — те, бы, сотрудники музеев, хранят достояние страны, на то, им есть нечего.

— Очевидно, еще дожидаются своего, сказать, просветления. Есть ли на надеяться? Как дело с реставраторами?

— В имеются реставрации. Но специалиста в заведении не подготовишь. Они рождаются, рядом мастера. Я не специального заведения, а у мастеров дела — перенимал, находясь рядом, первые от Филатова, Кирикова, Чураковых. Более лет я на реставрации, и самые светлые, чистые в жизни. Когда были учителя.

Я много примеров, учащиеся в на и там, в храмы. Причем не за — за молока и хлеба. Из и настоящие реставраторы, мастера.

Мне радостно, среди моих немало любящих старину, искусство, а значит, родины. Способных Россию от лака и грязи.

Савелий Ямщиков