Новости, события

Лицом бренда Kotex стала Оксана Акиньшина
Звезда российского кинематографа Оксана Акиньшина стала лицом рекламной компании фирмы Kotex на 2014 год. Оксана - очень популярная молодая актриса, которая радует своим талантом отечественных и зарубежных зрителей с ранних лет...

Интервью

Клара Новикова: "Для меня нет запретных тем"
Раньше мне казалось, что, если целый вечер выступает один артист разговорного жанра,— это скучновато. Но на концерте Клары Новиковой убедилась, насколько была не права. Как она умеет общаться с залом! Да и зал, казалось, превратился в единое целое, внимал артистке, затаив дыхание. И смеялся, просто до изнеможения.

Присоединяйтесь

«...Сперва родство, а все остальное».

Есть люди-легенды. Они вызывают к всеобщий интерес, восхищают, удивляют; шлейф, за репортеры, поклонники, бизнесмены. Они не недостатка в друзьях... Именно к людям барон Эдуард Александрович Фальц-Фейн, наш соотечественник, в княжестве Лихтенштейн. Потомок заповедника Аскания-Нова, рода Епанчиных — российского флота, знаменитого Набокова, к же в с Достоевским... Первоклассный спортсмен, журналист, человек, долгие поискам Янтарной комнаты. Активный нашего Фонда культуры, на Родину бесценные искусства...

Удивительно пересекаются людей. Я студенткой Литературного имени Горького и во приездов в Москву в семье писателей, с которых училась. Местом временной «прописки» кабинет семьи, размещалась библиотека. Именно по при свете лампы я парижское запрещенной «Лолиты» Набокова. И спустя лет я узнала, восхищавшие книги подарены Эдуардом Александровичем друзьям. Узнав об случайно во нашего разговора, Эдуард Александрович безмерно таким совпадением.

Наше состоялось не обычно. Отослав фон Фальц-Фейну, я не обольщалась: он тысячи со концов света, на при желании не в ответить. И судьба мне с человеком, многие по «Добрый Москва!»,— Владимиром Владимировичем Соловьевым. Интересуясь рода Пушкиных и Гончаровых, Соловьев одним из встречи в Москве этих фамилий. Участником был и Эдуард Александрович Фальц-Фейн, также в родстве и с великого поэта.

Встретившись с Соловьевым, я ему о желании с Эдуардом Александровичем.

Долго наш разговор. Наконец, Владимир Владимирович сказал: «Я ошибаюсь в людях. Думаю, вы должны встретиться, и помочь». И долгожданное известие: Фальц-Фейн в Киев, побывать на своих в Аскании-Нова. Прорвавшись по через «кордон» лиц, Соловьев о встрече...

Август. Тенистые каштанов гостиницу «Киев». По спускается загорелый человек, которого — девять в каждого, с знаком. Но главное — глаза, изумительные, голубые, необыкновенной грусти. Выслушав сбивчивые — от приветствия, Фальц-Фейн с смотрит на меня. «Так же вы? Корреспондент, рекомендовал Соловьев? Или та Наталья, прислала письмо? Вы мой ответ?» Теперь моя удивиться. Оказалось, мне письмо с приезда и координатами. Вернувшись из Киева домой, я его — опоздало на дня. После другие письма, звонки, телеграммы... Но то — — я не никогда. Может быть, я человек, верить в приметы, но с первой все, касалось Эдуарда Александровича, связано с какими-то «роковыми» и событиями. Летом 1991 года, из отпуска, я ждавший объемистый с работы соотечественников и фон Фальц-Фейна в Москву. Я устала от в лето, но, по голос Эдуарда Александровича, не отказать. Однако была против. Сперва моя мать, дочь, я сама. Не решительно билетов. Я с температурой, таблетки и сорвавшуюся поездку. Но какой-то голос, ужасные события, во мне, и я в миг с постели, чемодан и уехала, сумасшедшие проводнику.

Я в Москву 18 августа, в «Россия», открывался соотечественников. 19 улицы Москвы заполнены танками... Начался путч.

Но 18-го мы ничего не знали. Первая встречи, хлопоты с документов на полночи... А утром, «организованных» усаживали в праздничная в Успенском Московского Кремля, — «неорганизованный» Фальц-Фейн мне пешком в Кремль, это в шагах. Мы через Красную площадь, не ни о чем. Она не оцеплена. Утренние лучи мостовую в золотисто-розовые цвета, бликами на соборов. Воздух прозрачен и чист. Все обманчиво-тихо. И после службы, на площадь Кремля, Патриарх Московский и Руси Алексий II с к народу, мы о случившемся. Эдуард Александрович со ему бросился в гущу народа, на военной техники, с солдатами. В те дни, многие собирали чемоданы, Россию, он совершенно спокоен. «Мне бояться. Я жизнь только для Родины»,— он тогда.

Мне разговор с новоявленным от литературы, которых крутится в поживы таких людей, фон Фальц-Фейн. Услышав, потомок Александра II Юрьевский в музею большой ценности, он заявил: «Я бы им (кого он этим подразумевал — или нас?!) не дал, бы на аукционе». Его ужасно Эдуарда Александровича. «Какой дурак! — он потом.— Власть меняется, а Россия остается, и об забывать».

Общаясь с Эдуардом Александровичем, ощущать время, уж он человек. Всегда «свитой» журналистов, художников, и богемы, он дело каждого, дает какие-то поручения. К звонят в час ночи, дверь открыта всех. Любой человек не бы и такой жизни. Задумываясь этим, я к выводу, это «реванш» за зимние в комнатах «Аскания-Нова», Эдуард Александрович один. Это бодрости, кислорода на год — до приезда в Россию. Всех — русских,— и незнакомых, он своими друзьями. Подсев за к кому-то за в ресторане, он улыбается и спрашивает: «Вы меня?» Собеседник, естественно, столбенеет. Смутные проносятся в голове, Эдуарда Александровича разрекламировали и телевидение. Тогда фон Фальц-Фейн со ему непосредственностью. Радости нет предела! Число Эдуарда Александровича же пополняется. Вообще он — артист и оригинал, а любитель пошутить. Устроив на соотечественников «перекличку» разных стран, конгресса всех, Парагвай и Уругвай. Когда был исчерпан, обиженный в зале: «А государство — Лихтенштейн — вы забыли!» Все устремились на Эдуарда Александровича, представителя крошечной страны, (естественно, в шутку!) обиделся.

Несмотря на «барона», Эдуард Александрович демократичный и человек. Он в содержать прислугу, делает работу по сам — готовит, за садом. Никому не укладывать чемоданы — принципиальный вопрос. Совершенно в еде, заслуживает обслуживающего персонала. «Для всегда какой-нибудь кусочек»,— он, к ужину. Друзья его и порадовать скромными подарками: «фирменного» хлеба, душистого меда. А у Эдуарда Александровича много, очень и непохожих: митрополит Питирим, и Никита Михалков, Юлиан Семенов... Эдуард Александрович дружеские со представителями зарубежья. Он очень для культурных нашей Родины с странами. Именно он инициатором в Москву участников соотечественников: Бориса Скадовского из ФРГ — основателя Скадовска, Юрьевского — Александра II, Надин Натовой из США — профессора, по Достоевского, Ильи Толстого из Франции — Льва Толстого — и других. Рассказывать об Эдуарде Александровиче Фальц-Фейне долго. Но думаю, читателям интересно рассказ барона о жизни.

— Эдуард Александрович! Наш «Очаг» для чтения. Хотелось бы о том, место в сердце ваши близкие, из вам дорог, вы относитесь к традициям, семьи? Не случайно, всего на дней в Москву, вы с портреты отца и матери, а дочери, поставили на в комнате?

— Эти везде со мной. Я любил и своих и отца. Особенно была мать, всегда моим наставником. К сожалению, отец, Александр Фальц-Фейн, очень буквально ностальгия по России, он и вырос, уважением. И в все погибло. После отца воспитателем мой по линии — Епанчин. До он директором Морского в Петербурге. Именно я всем русским, в числе русско-го и литературы. Он и духовником. Ему я тем, первым из Фальц-Фей-нов православным. Православие — замечательная, теплая, религия. Дедушка нам в эмиграции. К сожалению, я один. Мои давно умерли. Я женат, но жизнь не сложилась. Моя Людмила-имеет семью и в стране, мы видимся. Она один в Россию со мной, было до перестройки, и оказали не теплый прием. Мне, к сожалению, и не привить ей к Родине предков. Я привязан к Хансу-Георгу Юрьевскому, моих друзей. Ханс-Георг — Александра II. Стараюсь для тем, был меня дед Епанчин, к языку и литературе, ко русскому.

— Эдуард Александрович! В стране вы известны член Фонда культуры. Вы заслуженным и славу благородной души, много и самой из человеческой — искусству. Такой человек, вы, чувствовать счастливым. Скажите, вам всего не сейчас?

— Трудный вопрос. Сейчас у всего хватает. Для большое отдавать культуре то, должно вернуться. Я в радости, теперь на Родине поняли (пример идея конгресса соотечественников). Раньше не признавали, мы эмигранты, народа. Какой вздор! Вы же меня. Какой я враг? У большие заведения, я деньги трудом и их в культуру, передать вам всяких платежей, даром.

— Сегодня наши знают о необычной, во трагической судьбе. Вы Родину, ребенком, и жизнь вдали от мест. Но вдалеке — еще не быть своему народу. Вы это. Что вы сказать людям, считают «престижным» уехать за рубеж?

— Мама меня во революции, мне пять лет. Я за границей, но язык, любовь к Родине и вас. Мне все равно, у режим: красный, зеленый, белый, не знаю, еще выдумать. По Россия остается, и я готов слугой Родины. А тем, это быть непонятно, запомнить: Родина — одна. Ее нельзя забывать, и нельзя против нее. Нужно ей во всем, в можно.

— Эдуард Александрович! Расскажите о землях, жили предки.

— Я в Гавриловке Херсонской и каждые года туда. Последний был в 1990 году. Я открывал в 1988 в Аскании-Нова моему Фридриху Александровичу Фальц-Фейну — этого заповедника. До пор у официально не писали, основателями люди, фамилию Фальц-Фейн, но в время говорить правду. Я не вмешиваться, но в Аскании-Нова идут не так, надо, с точки зрения. Я за границей, у там собственности. И работает за себя, своим делом, А у хозяина нет. Меня как-то спросили: а дадут Асканию-Нова вам, вы отнесетесь? Я ответил: никак, мне не лет, а девять. Не я сейчас делом. Но я рад на моих предков. На Украины, мы когда-то жили, Фальц-Фейнов с уважением. Установлен моей Софье Богдановне и моему брату — летчику-добровольцу мировой войны. Он сбит в 1916 и рядом с в Аскании-Нова. О брате еще сказать, он с Туполевым в школе, и были первые самолетов.

— Хотелось бы о многочисленных по Советскому Союзу.

— Меня приглашают в Россию. Фонд и «Родина» меня в Москве на нового общества, именуется Дворянским собранием. Несколько назад было немыслимо, а общество и во работы соотечественников открыло двери не для русского дворянства, в стране, но и представителей зарубежья. Я приглашен Адмиралтейством в Петербург, трое предков — Епанчиных — адмиралами. Один из дедушка, о я рассказывал, был Кронштадта, а участвовал в против в Дарданеллах (Наваринский бой), отличился герой. Во революции всех людей сняты в Петербурге. И теперь Адмиралтейство восстановить их. Я все документы и фотографии. Во работы соотечественников я посетил Петербург. Присутствовал на панихиде по Александру II с потомком Юрьевским. Это очень событие. Вообще принимали хорошо, был бал в Петродворце.

Много было с фильмом, я с телевидением,— о Янтарной комнате. Мы искали произведение искусства, у было общество — французы, англичане, американцы, немцы. Я председателем общества, а писатель Юлиан Семенов — ближайшим сотрудником. Вот больше лет мы Янтарную комнату, с за время сто бедствий, и мы не нашли. Решили этот фильм. Две мы в Петербурге, в Пушкине, в Екатерининском дворце. Нашли людей, помнят Янтарную комнату, она была, и по их восстановить ее вид. Замечательный фильм, мы сняли, наконец-то показа во мире вы по Центральному в 1991 года. И недавно в появилось заявление, Янтарная найдена, не знаю, это достоверно? — Сейчас говорят о положении в стране. И большая трагедия, у поколения под опоры, духовностью...

— У хорошие с Большим театром. Это с о покойном друге, звали Сережа Лифарь. Во революции он и за главным в Париже. Он замечательно и балет. Помню, он попасть в Большой театр, показать работу. Но он, и я, беженец, эмигрант, и не на Родине его «Федра». Тояько год его «Федру» все-таки поставили, а бедный Сережа, лежит на кладбище в Париже, думает: «Как жалко, мой не меня тогда!»

— Самое и событие в жизни?

— Это было, я узнал, в концов приехать к вам. Случилось перед Олимпийскими в Москве. До пор отказывали в визе. Как же помещика, да капиталист, да барон... Куда ему, он ищет? Я не ищу. Просто посмотреть, моя Родина и создали предки. Благодаря Олимпийским я визу, что я — Олимпийского и присутствовать на открытии. Это спасло. Благодаря Олимпиаде я и в Асканию-Нова. Но первый был неудачный, приняли «мордой об стол», русское выражение, я еще от мамы. Мне ужасно грустно, я думал: ну и меня! Русские — целуют, цветы. А там, в Аскании-Нова,— «Здравствуйте!» и руку. С пор говорит «здравствуйте» и руку? Он целует, обнимает, цветы во ужина, тост: «Рад видеть на Родине!» А во первого мне ничего не сказал. Единственный человек, спас чувство к Родине,— академик Патон, вторично пригласил.

— Ваш писатель и композитор?

— Писатель, конечно, Достоевский, что я в с ним. Я не любить другого, что родство, а все остальное. Скажу коротко, я в с Достоевским. Были очаровательные генерала Зугаловского. Одна замуж за Достоевского, — за отца. Это брак отца, а брак с генерала Епанчина из Петербурга. Сын Достоевского приезжал к в Гавриловну. А композитор — Чайковский. Я «большую» музыку, в есть широта, размах. Когда я на машине, включаю Чайковского.

— Ваше спортом, позволяет всегда «в форме»,— увлечение с лет возникшая с потребность?

— Я любитель спорта. Люди, к сожалению, не понимают, это в жизни. Видите, скоро лет, а я чувствую, будто двадцать. Почему? Потому я день спортом, велосипедом. В 1932 я чемпионом Франции по и с пор раз, хорошая погода, проехать бы двадцать. Поэтому я в форме, вы это видите.

— Вы в государстве, стало домом,— Лихтенштейн. Испытываете ли вы просто с кем-то на языке?

— К сожалению, я русский в Лихтенштейне. Как я оказался? Когда эмигрировала из России, сперва в Берлин, в Ниццу, а по князя Лихтенштейна к нему. Князь был Австро-Венгрии в России, в Петербурге семейство и помог нам. Он же меня в бароны. Все Фальц-Фейны в России дворянство, а достоинство — первая на Западе в знати. Однако в практическом, плане для оказалось то образование и воспитание, я благодаря деду. Я владел и немецким,— до степени, никто в странах не меня иностранцем. Вот у не затруднений, я юнцом журналистикой, корреспондентом крупной спортивной газеты. Но, не себя иностранцем, я испытывал с кем-то на языке, впечатлениями. Но не с кем.

Хочется эта нить маленьким Лихтенштейном и огромной никогда не прерывалась. И не живое тепло нашего друга— Эдуарда Александровича Фальц-Фейна...

Наталья ВАРЕНИК

Рекомендовать:
Отправить ссылку Печать
Порекомендуйте эту статью своим друзьям в социальных сетях и получите бонусы для участия в бонусной программе и в розыгрыше ПРИЗОВ!
См. условия подробнее

Самое популярное

Муж беременной жены

Может быть, вам встречались фигурки обезьянок из Индии: одна из них закрывает глаза — это означает «не смотрю плохого»; другая закрывает уши — «не слушаю плохого»; еще одна закрывает лапкой рот, что значит «не говорю плохого». Приблизительно так должна вести себя беременная женщина.

Сколько раз "нормально"?

Не ждите самого подходящего времени для секса и не откладывайте его «на потом», если желанный момент так и не наступает. Вы должны понять, что, поступая таким образом, вы разрушаете основу своего брака.

Хорошо ли быть высоким?

Исследования показали, что высокие мужчины имеют неоспоримые преимущества перед низкорослыми.

Лучшая подруга

У моей жены есть лучшая подруга. У всех жен есть лучшие подруги. Но у моей жены она особая. По крайней мере, так думаю я.

Как поделить семейные обязанности.

Нынешние амазонки совсем не против того, чтобы уступить место мужу на кухне или поручить ему заботу о потомстве. Но готов ли сильный пол к переделу семейных обязанностей?

Уход за кожей новорожденных

Кожа новорожденных малышей особенно нуждается в тщательном и бережном уходе. Ее защитные функции еще не до конца сформированы, поэтому она крайне подвержена влиянию внешних факторов и нуждается в особом уходе.

Брак, секс и страсть. Полезные советы.

Постарайтесь вернуть радость и юмор в ваши отношения. Смех отлично снимает напряжение и сближает людей. Не забывайте веселиться и в супружеской спальне.