Интервью

Владимир Гостюхин: «Будут внуки — надо их учить жить смелее»

Напряжение было столь велико, что после финальной сцены самоубийства, вошедшей в фильм вторым дублем, я упал на руки режиссеру и не приходил в себя минут пятнадцать...

Оказывается...

Наука и спорт

Высокие достижения спортсмена зависят не только от физической формы, но и от того, как он экипирован. Спортсмен может и не знать, сколько всяких ноу-хау вложено в его победу.

Присоединяйтесь

• RSS

Что каприз для одного — норма жизни для другого.

Речь не о тех родителях, которые привыкли делать из мухи слона по любому поводу. Речь о том, что некоторые явления оцениваются разными людьми по-разному. И от моего слона кто-то отмахнется, как от мухи. Но зато будет рассказывать, какой огромный слон есть у него, а мне придется увеличительное стекло брать.

Мы по-разному оцениваем происходящее. Это факт. Поэтому большинство людей не лезет к соседям в огород со своим аршином. А если кто и лезет, то этим же аршином поперек спины и получает. Однако все считаются с общепринятыми мерами, тем не менее перемеряя их на свой лад.

Возьмем, например, лужи. В большинстве своем общественное мнение взрослого населения выступает против этих замечательных творений погоды и дороги.

Однако я не считаю капризом и блажью желание ребенка залезть в лужу на прогулке. Запреты родителей на промер луж мне понятны, но мне иногда непонятно — а почему нельзя, если мы вышли во двор погулять, погода чудная, лужа почти чистая, в гости потом не идти и в магазин тоже, а на ногах, тем более, резиновые сапоги? Почему бы и не померить глубину, не запустить пару корабликов? Одежда испачкается? Так мы на прогулку вышли, а не на парад. Одевайтесь попроще, и тогда не будет жалко пачкаться. Я со своей колокольни вещаю о том, что лезть в лужи — это естественное желание ребенка. Послушает меня родительница малыша, чихающего от одного только вида облачка величиной со слюнявчик, послушает, послушает и у виска покрутит. Ее чадо знает, что болеет, и даже думать не думает о том, чтобы в лужу залезть, а если подумает — совершит преступление против себя и любящей мамочки. Карается такое преступление двумя неделями постельного режима и банкой противного малинового варенья с медом и горчичниками. «Это в июне месяце!» — в свою очередь кручу у виска я. «Да вы лучше на родник идите, закаляйтесь, все хвори как рукой снимет.» И прочее, и прочее.

Это называется конфликт. И хорошо, что не убедила, а то пошли бы, еще чего доброго, на родник, умылись бы и от неверия слегли с температурой. А я потом виновата.

Это я к тому говорю, что проблемы у каждого — свои, и капризы подбираются специально для вас, чтобы вы их решали самостоятельно. У других есть собственные капризные дети и собственные нерешенные проблемы. Не вздыхайте удрученно: «Ах, я не знаю, что с ним делать, он такой капризный, капризнее всех на свете». Не признавайтесь в собственной несостоятельности и не хвастайтесь капризнейшим ребенком на свете.

Родители считают своих детей самыми капризными детьми в момент, когда дети капризничают. Когда дети не капризничают, родители так не считают. Дело в том, что каприз своего ребенка задевает «свой» стресс, персональный. Поэтому и каприз подбирается максимально бередящий душу. У каждого — своя личная проблема, возникшая на почве неправильного образа мыслей. И то, что трогает одного, другому кажется несущественной мелочью.

Вас не поймут, потому что у других головы заняты другими вопросами. Неужели вам нужно сочувствие чужих людей, которые скажут вам о том, какая вы бедная, несчастная, не можете совладать с неурядицами? К тому же жалельщики могут просто скроить подходящую по случаю мину, а про себя подумают: «Мне бы твои проблемы!»

Почему мы иногда считаем наших чад исчадиями ада? Только ли потому, что они капризничают? Или потому, что мы чувствуем безмерную усталость, огромную ответственность, собственную неавторитетность?

Н. Беринг