Присоединяйтесь

Рассказы очевидцев

Беспредел

Эта дикая история, произошедшая на бывшем монастырском подворье, — из ряда тех, что трудно осмыслить и объяснить. Она снова ставит все те же жгучие вопросы: есть ли предел нравственному падению нашего общества? И где же выход?

Их было трое — развязных, безобразно напившихся подонков, пожаловавших в поисках развлечений в сельскохозяйственный техникум-интернат. Они привычно резвились в пьяном кураже: собирали дань со студентов. Останавливали первого попавшегося и «по-дружески» советовали: мол, не жмись, поделись-ка, подобру-поздорову, деньгами, сигаретами... Обычно с ними «делились». Каждый знал цену отказа: будут зверски избивать, издеваться. Отпора они не боялись: студенты техникума — инвалиды, кто без рук, кто без ног. Они не то что сдачи дать, убежать-то не могут — эти «половинки», «уроды», «иржики», «кадеты», как их с презрительным высокомерием физически здоровых особей кличут иные поселковые. (Кстати, Лев-Толстовское, где находится техникум,— не какой-нибудь «медвежий угол»,— всего семнадцать километров от Калуги).

Техникум-интернат был открыт здесь с благотворительной целью около тридцати лет назад. Как не оценить замысел! Техникум поможет обездоленным и несчастным людям получить профессию, найти свое место в жизни. Поначалу его ежегодно оканчивали до трехсот человек. Но в последнее время студенты отсюда бегут, не выдержав террора местной молодежи, вернее, шпаны. Уезжают, куда глаза глядят, измученные чувством опасности, сломленные страхом.

Андрей Жогин жил в интернате с семьей — жена, ребенок. Учеба в техникуме была для него (как, впрочем, и для многих других) последним шансом обеспечить будущее семьи, стать уважаемым специалистом. Пока же только и был; у него за плечами — судимость да инвалидность (у него ампутирована рука). В родной Горьковской (ныне Нижегородской) области его никуда не брали — ни на работу, ни на учебу. Вот почему свое поступление в техникум он считал большой удачей. Да недолго довелось ему радоваться... Именно он, Андрей Жогин, выстрелил из охотничьего ружья в озверевшую пьянь в тот воскресный день, что стал роковым не только для него.

— Сначала эти гады, в очередной раз придя за деньгами на выпивку, избили Володю — рассказывает очевидец В. Олифир.— Пользуясь тем, что у него нет обеих ног, они повалили его на пол и стали пинать, гогоча, когда он кричал от боли. Впрочем, страдал Володя не только от боли, но и от того, что беспомощен и не может ответить.

Потом те трое «подвалили» к Андрею: гони «петрова» (пять рублей по-ихнему). «У родителей просите», — только и успел оказать Жогин. Сильный удар отбросил его к стене. На шум собрались студенты, подошел вахтер, в общем выгнали шпану. Но они не успокоились. Через какое-то время снова проникли в общежитие, пытались ворваться в комнату к Жогиным. На весь коридор орали: «Ты, козел, от нас все равно не уйдешь, и твой змееныш тоже!» Затем с улицы в окно к Жогиным полетели камни. Тут-то все и случилось. Не помня себя от ярости, Андрей схватил привезенное из дома охотничье ружье. Стрелял он наугад. Те затихли. Один, как оказалось, навсегда...

Между прочим, опорный пункт милиции находится в том же доме, где и общежитие — лишь этажом ниже! Но потребовался смертельный выстрел, чтобы немного расшевелит «стражей порядка». Лишь трагедия заставила прикрепить к интернату милицейский наряд, да и то на десять дней, что велось расследование.

Жогину было предъявлено обвинение по статье 104 УК РСФСР — убийство в состоянии сильного душевного волнения.

— Думаю, он и не совершил преступления, если бы милиция вовремя пресекла бесчинства пьяных подростков, — считает районный прокуpop А. Лохмачев. — В Калуге, в следственном изоляторе, я встретился с Андреем. В глазах безысходность, во всем облике — глубокая подавленность.

— Как теперь жить? Да и надо ли? Что будет с ребенком, с женой. Знаете, как страшно думать, что это я лишил жизни человека, каким бы он ни был... Но поймите, тогда мне казалось: выхода нет, или я их, или они меня! Я не мог допустить, чтобы они покалечили, а то и убили сына и жену... Ведь камни летели один за другим, и в дверь рвались, и никто их не останавливал...

Я пытался, как мог, ободрить парня. Говорил, что суд вполне может ограничиться условным наказанием, что, может быть, Андрею удастся даже в техникум вернуться.

— О чем это вы? — оборвал он меня. — С моей-то судимостью кто мне даст условно! А в техникум я все равно не вернусь. Как буду людям в глаза смотреть? Убил же я...

«Господи,— подумалось мне.— Что же это? Несчастный человек, затравленный инвалид мучительно переживает и горько раскаивается: взял грех на душу! А всего несколько часов назад я разговаривал с одним из «потерпевших», и тот, страшно матерясь, брызгая слюной, истерично орал, что он еще отомстит «половинкам», «кадетам», что будь у него ружье... Мне стало страшно.

Тяжелое впечатление произвела и реакция районного руководства. Я определяю ее так: полное равнодушие к судьбам студентов-инвалидов. Буквально за несколько дней до выстрелов педагоги обращались к местным властям с очередным заявлением: «Просим принять меры, может случиться непоправимое...» Но меры, как читатели уже знают, приняты не были.

Казалось бы, после трагедии положение должно в корне измениться. Ничуть не бывало! Нынешний председатель Лев-Толстовского сельсовета Т. Старкова была со мной откровенна: «Не нужна нам эта инвалидная организация! Толку от калек никакого, сидят только на нашей шее, объедают...» Право, я точно передаю ее слова. Они возмущают своей жестокостью, негуманностью (до «человеческого лица» нашим властям еще ох, как далеко!). Но они, ко всему прочему, еще и лживы: ни копейки не тратит местный Совет на техникум, который находится на республиканском бюджете. К тому же студенты работают в овощеводческом хозяйстве техникума. А главное, многие его выпускники остаются в колхозах и совхозах района и области, где хронически не хватает специалистов.

Но даже если бы и не было никакой экономической выгоды, — разве могло бы это стать оправданием такой бесчеловечной позиции? А как же добро, милосердие, благотворительность, о которых у нас так много говорится в последнее время?

«Нет у нас к ним никакого милосердия! — отрезала Старкова. — Раз они нам не помогают, о каком милосердии может идти речь? Я считаю, техникуму для инвалидов в нашем районе не место...» Ну, уж если председатель сельсовета так рассуждает, чего же ожидать от молодежи, вырастающей под ее «опекой»?

И райкомовские «вожди» тоже жаловались, какая обуза для них — инвалиды: одни хлопоты, жалобы и претензии... «Они просто портят отчетность!» — заявил, ничуть не смущаясь, бывший секретарь Дзержинского райкома партии Силаев.

В районе, впрочем, — как и во всем государстве, у инвалидов — мизерные пенсии, несовершенная, чахлая система профобразования и трудоустройства. Плюс — презрительно-ненавидящее (в лучшем случае равнодушно-насмешливое) отношение окружающих. Вот и все, что дали инвалидам семь десятилетий казарменного социализма.

С тяжелым сердцем уезжал я из Лев-Толстовского. И все время возвращался в мыслях к тому обстоятельству, что расположен техникум на территории бывшего монастыря. Есть в этом что-то горько-символическое... Ведь веками монастыри и церкви щедро предоставляли приют всем сирым и убогим, учили прихожан состраданию, внушали: обидеть горемычного — тяжкий грех, который и замолить-то трудно.

В самый голодный год у самого бедного крестьянина находились для калеки краюха хлеба, тарелка постных щей, теплый угол... Как же мы сумели растратить эти богатства русской души? Не случилось ли такое после того, как была отторгнута, изгнана из нашей жизни религиозная мораль?

Никогда и никому не поздно задуматься о собственном нравственном выборе, найти свою дорогу к духовному возрождению. Да и у самой церкви открылись теперь широкие возможности, не опасаясь гонений, брать под свое покровительство нуждающихся и немощных. Так, может быть, еще не все потеряно?

Александр РОСТАРЧУК

Рекомендовать:
Отправить ссылку Печать
Порекомендуйте эту статью своим друзьям в социальных сетях и получите бонусы для участия в бонусной программе и в розыгрыше ПРИЗОВ!
См. условия подробнее

Комментарии

Новые вначале ▼

+ Добавить свой комментарий

Только авторизованные пользователи могут оставлять свои комментарии. Войдите, пожалуйста.

Вы также можете войти через свой аккаунт в почтовом сервисе или социальной сети:


Внимание, отправка комментария означает Ваше согласие с правилами комментирования!

Рассказы очевидцев

  • Барятинский женский монастырь
    Каждый раз, когда я уезжаю из монастыря, «Ангелов вам», — напутствуют меня на прощание сестры. Инокиня Досефея собирает в дорогу снедь. Матушка дарит очередную порцию книг, садится за руль «Москвича» и везет меня в Малоярославец на московскую электричку.
  • Это недетское детское кино
    Вообще тема отсутствия контакта между детьми и взрослыми, взаимонепонимания, одиночества и тех и других стала одной из центральных тем фестиваля.
  • Наша речка Сумерь
    Больше всего там нравилась мне речка, которая протекала за нашим огородом, под горой. Называлась она очень красиво — Сумерь. Берега ее заросли ивняком, ольхой, черемухой. Местами речка была мелкой и быстрой. Местами глубокой и медленной. Где — широкой, а где — такой узенькой, что ее можно было перепрыгнуть с разбега.
  • Владимир Гостюхин: «Будут внуки — надо их учить жить смелее».
    Напряжение было столь велико, что после финальной сцены самоубийства, вошедшей в фильм вторым дублем, я упал на руки режиссеру и не приходил в себя минут пятнадцать...
  • Белая ворона
    Николай Михайлович видел: люди жили бы мирно и дружно, если бы не нарочитое подогревание страстей. Его коробили высказывания вроде тех, что татары, мол, лучше живут, у них дома побогаче, потому как они умнее других, меньше грешат. Он старался не обращать внимания, относил это к «пережиткам прошлого», издержкам низкой культуры.
  • Беспокойство
    Два следа, две узорчатые строчки по краю большой лесной поляны. Здесь прошла утром по свежевыпавшему снегу пара рябчиков. Из любопытства двинулся было за ними, а потом остановился и долго смотрел на их согласный, любовный ход. близко друг от друга — как под ручку шли.
  • "Будь они прокляты, эти орехи!"
    А складывалась судьба у Самвела трудно. Мучила несправедливость наказания. К тому же в колонии здоровье резко ухудшилось. Положили в тюремную больницу. А там врачи установили, что у Самвела туберкулез легких.
  • Бумеранг.
    Так палач, исправно служивший государственной системе террора и уничтожения собственного народа (геноцида) — под знаменем, конечно же, социализма и во благо народа! — в одночасье стал жертвой этой системы, а точнее, тех своих коллег и сотоварищей, с которыми вместе управлял ею под предводительством Сталина.
  • Чужой среди своих.
    Он посягнул на «святая святых» — сравнил средние заработки рабочих, колхозников, учителей с окладами партийных и советских работников которые недавно были повышены.
  • ДЕЛАТЬ «ПЫЛКО ДА ОХОТНО»
    Всякое лето папа вез нас на свою родину, в маленькую деревеньку Бугино, что на берегу Северной Двины. Каждый день для нас, ребятишек, оборачивался здесь новой чудной сказкой, в которой героями становились и мы сами.
  • Деревня должна поменять веру.
    Нет ничего проще, чем создать в нашей стране изобилие продуктов. Можно сказать, пустяковое дело. Государство, власть раздают землю тем, кто хочет.
  • Дядь Саша
    Вошла молодая женщина с мальчиком лет пяти. Из-под козырька меховой с завязанными ушами шапки видны лишь хлюпающий нос да два бдительных глаза.
  • Для красоты и созерцания.
    В погоне за «бабками» за кружево не сядешь. А ведь какая красота! Жизнь нельзя упрощать бесконечно, это всегда оборачивается бездуховностью.
  • Дунинские петухи.
    ...Дунинские петухи начинали петь затемно. Петух сидел на высокой жердочке и дирижировал деревенским утром. Потом гудел рожок пастуха. До сих пор помню чувство протеста, которое вызывал у меня этот вовсе не музыкальный звук.
  • "Душа моя чиста".
    До сих пор остается загадкой, на какие деньги он жил, ибо их у него никогда не было: Коля был хроническим бессребреником.
  • Если вы одиноки
    Повезло мне в тот раз, повезло, досталась «Реклама», обычно раскупаемая мгновенно, стали печатать в ней объявления службы знакомств, о чем город гудел. Самые разные слышал я суждения о таком начинании. Своими глазами читал впервые.
  • «Если вы подружились в Москве»
    Конечно, нет к прошлому возврата. Прошлые радости и огорчения уже пережиты. Но какое-то отчаяние охватывает, наполняет тебя, когда межнациональная грызня выбивает из колеи, мешает людям жить в мире и дружбе.
  • Коня купил...
    Но мне уже успело это понравиться: коня купил, а?! Все-таки заговорила кровь, заговорила. Да и что там ни говори — поступок. Это вам не джинсы там и не «видик» — это конь!
  • «ХРАНЮ, КАК САМУЮ СВЯЩЕННУЮ РЕЛИКВИЮ...»
    В вишневом саду на открытой поляне стояли «солнечные» часы, на крыше школы был флюгер. И часы, и флюгер сделал папа. Он так много умел, что если взять и все перечислить, не хватило бы, наверное, целой страницы.
  • Как я работала гувернанткой.
    Но самое любопытное, что фирма, с которой я заключила договор на столь приятное времяпрепровождение, исчезла... А вместе с ней и моя зарплата. Так что остались только воспоминания. Да эти записки.
  • Как перевелись барсы на Енисее.
    Давным-давно жил да был на берегу Енисея старый-престарый старичок, и был у него такой же старый конь Савраска, по прозванью Губошлеп.
  • Кое - что о ТОПОРЕ.
    Казалось бы, что может быть проще обыкновенной двуручной пилы? Однако пилить ею тоже надо уметь, особенно если речь идет не о лежащем в козлах бревне, а о дереве, когда пропил надо делать горизонтально, да еще так низко, что приходится стоять на коленях.
  • Кому нужна война с мужиком?
    Так что начинал Рузвельт с нуля — со строительства. Перегородили его ребята громадный бетонный ангар кирпичной стеной, побелили, провели тепло, установили клетки — своими руками, за свой счет.
  • Кому нужны копилки
    — Почему копилки? Ну, вообще это могло быть все, что угодно. Я, как всякая женщина, человек практичный. Можно ведь сделать красивую вещь, но она будет бесполезной, правильно? А копилка — это серьезно.
  • Контакты второго рода
    История эта достаточно типична, по крайней мере в двух отношениях. Во-первых, как правило, контакт весьма краток. Обитатели тарелок долго наблюдать за собой не позволяют. Во-вторых, в контакт вступают люди неподготовленные. Специалисты узнают о контакте с большим запозданием, когда на месте посадки НЛО уже нет.
  • Кошечка взаймы
    Словосочетание «печки-лавочки» невозможно перевести на иностранные языки. По отдельности значение каждого слова здесь вполне понятно, конкретно; соединенные же вместе, они теряют свой прямой смысл и обретают...
  • Красный день.
    Часов у меня нет, я знаю только, что надо торопиться. Подъем занимает минуту-полторы, но взбегать приходится с задержанным дыханием. Чуть расслабишься, чтобы перевести дух,— сдвинуться потом трудно.
  • Крепко и государство.
    Так мы с мамой встретили тогда Рождество. Детишки уже заснули. Это было на Павловской. Мы были там очень бедны, но счастливы.
  • Курица - не птица?
    Петухов в хозяйстве было два — старый и молодой. Станешь сыпать корм, они друг друга оттирают, и каждый норовит своих кур поближе подтолкнуть. Тронет клювом зернышко, покажет— клюй, мол, да порасторопней!
  • «Левша» за работой.
    Познакомьтесь: педагог не по диплому, а по призванию. Иногда таких называют чудаками. Безусловно, ласковое слово «чудак» подходит для тех, чья «странность» настоена на чистом альтруизме.
  • Любовь с печалью пополам.
    Может, это уж и впрямь возрастное, но что поделаешь: тянет какая-то неизъяснимая сила снова поближе к деревне, ее быту, к дому крестьянскому, хлебу, пашне... А прикоснувшись, приобщившись, хотя бы на время, ко всему этому, с горечью убеждаюсь, как много хорошего, мудрого и доброго ушло из крестьянской жизни.
  • "Люди меня боялись..." Исповедь бывшего сельского участкового инспектора.
    Приходилось ли выпивать самому? Ясное дело, приходилось. Как говорится, служба заставляла. Но пил я не какую-нибудь гадость, а только водочку или коньяк. Придешь, бывало, вечером в подсобку сельпо, чтобы узнать, как идут дела, а здесь тебе уже стол накроют, с выпивкой, закуской — все как полагается. Потом в дорогу сверточек с продуктами, а как же! Колбаски там, ветчинки, консервов... Но все — в меру.
  • МАЕЧКА
    Сама Маечка ничего не рассказывала о своей семейной жизни. Она вообще никогда не принимала участия в наших нервных и жалобных рассказах друг другу о мужьях, детях, хозяйстве, здоровье.
  • Мечта о ночлеге.
    Но как осуществить эту, казалось бы, такую простую, безыскусную мечту? Не скажешь же удивленным хозяевам: хочу тут у вас переночевать! Почему? Зачем? Что случилось? Естественные, право, вопросы, если твой законный ночлег отсюда всего в двадцати минутах ходу.
  • МОЙ ДУХОВНИК
    Мы ведь видим только одну сторону жизни священника — его службу в церкви. Остальное (быт, радости, горести) как бы за семью печатями.
  • Напрасно родные ждут сына домой...
    В тот день рядовой Анатолий Чмелев был дневальным по госпиталю. Столкнувшись на лестнице с санитаром Павлом Эунапу, услышал приказ: вымыть полы. Анатолий удивился: а почему, собственно, он, больной, должен это делать?
  • Несостоявшийся полёт
    Какими они были, избранницы космического века, окрыленные фантастически дерзновенной мечтой полета в неизведанное, манящее тайной пространство?..
  • Ничего, что я пляшу в галошах?
    Телевидение снимало «Русский дуэт» на платформе и площади Ярославского вокзала. Как только они запели, вокруг собрался народ, который сам стал участником этого представления: в образовавшийся возле выступающих круг влетело несколько женщин и мужчина, они стали подпевать и приплясывать.
  • О время-времечко!..
    На моих глазах умерло несколько деревень в округе. Зрелище — не приведи Бог! Умерла и наша. Надо было искать другую.
  • Память - в сегодняшних делах.
    Постоянно трудиться, помогать родителям й воспитании их мальчишек и девчонок — это от доброты сердечной и от понимания того, какое значение для человека имеет детство.
  • Пили, но в меру.
    Юношей мне доводилось частенько бывать на этой пильне и видеть бешеное челночное мелькание целой дюжины пил, зажатых в механическую пилораму, которые разом выплевывали по нескольку досок.
  • Платье Мельпомены
    Сократа очень уважали на нашей улице. И на соседних тоже. Знакомые и незнакомые люди обращались к нему за советом в спорных делах, и он всегда находил справедливое решение.
  • Пока остаюсь „рекордсменом"...
    Что ж, буду кормить себя сам! Да еще и детям помогу. Как? А вот как: построю сарай, завезу пару кабанчиков, куплю десятка полтора хохлаток, да разработаю соток десять огорода под овощи.
  • Полмешка ржаных сухарей.
    Ехали в теплушке, вместе с другими заводскими, в тесноте, да не в обиде. Вскоре раздали сухой паек — сухарями. На семерых получилось полмешка ржаных сухарей, которым особенно обрадовалась бабушка Наташа. Она готовила пищу, а продукты были уже на исходе.
  • ПО МОЕМУ ХОТЕНИЮ.
    Все-таки это странно — разгуливать средь бела дня, когда вокруг полно врагов. Неужто дыхание весны пересилило извечный инстинкт самосохранения? Да мало ли о чем можно гадать, и все будет правдоподобно, но, увы, недоказуемо...
  • Расстрелян и... оправдан.
    С горя Саша начал пить. Вскоре с ним стряслась еще одна беда. В закусочной вспыхнула драка. Когда приехала милиция, все разбежались, а Зайцев не успел. Получил два года за хулиганство. Их он отбыл полностью.
  • «Русь» — кормилица
    Итак, у нас репутация защищает... от законов. Это абсурд, несуразица, двусмысленность положения просто бросается в глаза. Когда же мы решительно поумнеем? И перестанем противиться здравому экономическому смыслу?
  • С Бывалым чего не бывало!
    По уверению Евгения Моргунова, в четырнадцати-пятнадцатилетнем возрасте он был «болваночник». В суровые военные годы (1942 г.) работал на заводе «Фрезер», изготовлял болванки для артиллерийских снарядов.
  • Сыновья Старой Кати
    Наша узкая, бугристая улочка, берущая начало внизу, в городе, упрямо взбиралась наверх, к садам и виноградникам. С соседней горы она казалась рекой.
  • Соловушка.
    Необыкновенная труженица, мастер, автор многих песен, романсов, чуткий аранжировщик известных произведений, свою задачу Евгения Смольянинова видит в том, чтобы донести до слушателя здоровое начало нашей национальной культуры.
  • «...Сперва родство, а потом все остальное».
    Август. Тенистые кроны каштанов окружают гостиницу «Киев». По ступенькам спускается стройный загорелый человек, возраст которого — семьдесят девять лет — повергает в изумление каждого, кто с ним знаком.
  • Старая школа.
    Ученики жгут свою школу. И день, и два... и четвертый год подряд. Нет, нет, не заколдованная школа, если может (дотла все-таки не выгорая!) столь долго гореть; нет, нет, и в учениках не найдем ничего демонического, обычные деревенские ребята.
  • ТВОРЦЫ ОСТАЮТСЯ
    О земле нельзя так протокольно. Земля — это и песня, и сказка, и кормилица наша. Только с добрыми, любящими ее людьми она поделится щедростью своей.
  • Убийство по заказу.
    Но чем дальше продолжалось следствие, тем менее убедительными выглядели объяснения Ольги. К этому времени удалось отыскать обладателя желтой рубашки.
  • Улыбка жены.
    И всю дорогу до места работы помнил и чувствовал на себе свет этой улыбки. И потрясенно качал головой: неужели она почувствовала, что мне приснилось прошедшей ночью?
  • У русских американцев.
    Прекрасно управляя машиной, совершая головокружительные виражи, Мариля не раз до упоения катала нас по гористым улицам Сан-Франциско — одного из красивейших городов мира, главного порта страны на Тихом океане.
  • ВАЛЕНКИ
    У меня холодеет сердце, когда вижу, как обута добрая половина нашей детворы и молодежи: ходить по снегу в кроссовках, сапожках или ботиночках — безумие!
  • "Ваш Зыков..."
    ...Это был трудный класс. У его мужской половины, к сожалению, господстовал культ силы. Все мои усилия в первые месяцы работы с классом были направлены на то, чтобы развенчать власть главного «кулачника», а попросту говоря, хулигана.
  • В книгах и в жизни
    Фраза у Голявкина короткая, «голая», словесных украшений — почти никаких. Зато уж тайной словорасположения, тайной интонации, тайной звучащей речи Голявкин владеет в совершенстве.
  • Зачем мятутся народы?
    В деревне его ждали, и если лето подходило к концу, а Бекташ все не появлялся, бабы начинали тревожиться, строить самые разные домыслы, которые с каждым днем становились все страшнее.
  • Задачка со многими известными
    Терпение их лопнуло, когда они остались без хлеба. В прямом смысле. Без ржаного, пшеничного — всякого. И не потому, что вселенский мор напал на село Андреевское или, тем паче, на весь Александровский район, выметая все подчистую.
  • „Заглянуть в Зазеркалье"
    Писать о людях необычных, редких способностей и знаний, с одной стороны, просто, потому что интересно, с другой — невероятно сложно.

Самое популярное

Муж беременной жены

Может быть, вам встречались фигурки обезьянок из Индии: одна из них закрывает глаза — это означает «не смотрю плохого»; другая закрывает уши — «не слушаю плохого»; еще одна закрывает лапкой рот, что значит «не говорю плохого». Приблизительно так должна вести себя беременная женщина.

Сколько раз "нормально"?

Не ждите самого подходящего времени для секса и не откладывайте его «на потом», если желанный момент так и не наступает. Вы должны понять, что, поступая таким образом, вы разрушаете основу своего брака.

Хорошо ли быть высоким?

Исследования показали, что высокие мужчины имеют неоспоримые преимущества перед низкорослыми.

Лучшая подруга

У моей жены есть лучшая подруга. У всех жен есть лучшие подруги. Но у моей жены она особая. По крайней мере, так думаю я.

Как поделить семейные обязанности.

Нынешние амазонки совсем не против того, чтобы уступить место мужу на кухне или поручить ему заботу о потомстве. Но готов ли сильный пол к переделу семейных обязанностей?

Уход за кожей новорожденных

Кожа новорожденных малышей особенно нуждается в тщательном и бережном уходе. Ее защитные функции еще не до конца сформированы, поэтому она крайне подвержена влиянию внешних факторов и нуждается в особом уходе.

Брак, секс и страсть. Полезные советы.

Постарайтесь вернуть радость и юмор в ваши отношения. Смех отлично снимает напряжение и сближает людей. Не забывайте веселиться и в супружеской спальне.