Присоединяйтесь

Рассказы очевидцев

МАЕЧКА

Я как сейчас, вижу Маечку. Вспоминаются всякие мелочи... Помню, однажды вечерней электричкой она приехала ко мне в гости на дачу. Утром сидели с ней на кухне, я готовила завтрак, а она в моем старом халатике, в бигуди, перекладывала из корзинки в чашку только что собранную ею с грядок клубнику. Одну ягоду она старательно растерла по своему круглому личику: «Ягодная маска для кожи очень полезна». Маечка всегда произносила милые бесспорные пустяки. Ее по-детски выпуклый лобик, пухлые щечки, маленький, чуть раздвоенный на кончике носик были в розовых подтеках сока и в мелких клубничных семечках.

Я поглядела в окно и сказала: «Вот идет к нам Сергей Палыч». В калитку входил сосед-пенсионер — как обычно, в нательной фуфайке, в старом военном галифе, в галошах на босу ногу. Он прошаркал по дорожке, поднялся на крыльцо, потом появился на кухне, вручая мне одолженную как-то десятку. «Давайте с нами чай пить»,— позвала я его. И в этот момент в кухню впорхнула Маечка, изчезнувшая, как только во двор вошел Сергей Палыч. Она с любезной улыбочкой кивнула ему и подсела к столу. Теперь на ней было ее голубое в цветочек платье с легкими рукавами-крылышками, вместо бигуди — по всей голове светлые локоны, лицо от утреннего крема гладкое и блестящее с тщательно накрашенными ресницами... Помню, я была поражена таким моментальным Маечкиным преображением.

Еще помню Маечку на пятидесятилетие Тамары Львовны, сотрудницы из нашего КБ. Мы уже подходили к ее парадной,— человек пять, все из одного отдела, в руках у каждой цветы,— как вдруг Маечка остановилась, зажмурилась, принялась тереть левый глаз. «Маечка, что? Соринка попала? Моргайте покрепче!» — «Ничего, ничего, уже все прошло»... На юбилее Тамары Львовны присутствовали ее сын, с виду холостяк, и двое ее друзей — муж и жена, пожилые тихие люди, совсем незаметные за столом. Мы, как могли, ублажали юбиляршу — читали в стихах поздравления, громко чокались фужерами (в основном с лимонадом), восторгались испеченным Тамарой Львовной пирогом с капустой. Маечка с каким-то смешным розовым бантом на затылке много смеялась, пробовала пирог, лепетала: «Очень вкусно... только мне нельзя, от мучного полнеют». Уже уходя, в прихожей, мы заметили, что Маечка прикладывает к глазу белый квадратик носового платка. «Что у вас с глазом, Маечка?» — всполошилась Тамара Львовна, еще розовая от праздничного веселья. «Пустяки. Слегка слезится...»

На работу Маечка пришла через несколько дней. Ее голубой левый глаз был теперь черным и казался искусственным. «Это закапали атропин»,— смеясь, начала рассказывать Маечка. Оказывается, сразу же после юбилея она с дикой болью помчалась в травм-пункт. «Там, представляете, обнаружили в глазу прямо возле зрачка вот такусенький кусочек металлической стружки и остренький-остренький. Он так глубоко впился, что его ну никак было врачу не вытащить!» Удалили в больнице, куда ночью на «Скорой» увезли Маечку. «А теперь ничего, все прошло»... Я заново представила Маечку на юбилее, про себя поражаясь ее терпению, пристально посмотрела в ее лицо и тоже засмеялась: от обоих глаз, здорового и больного, как всегда, были прочерчены к вискам черные стрелки...

У Маечки был муж. Его звали Сережа. Он иногда поджидал ее возле работы — высокий, будто с плаката, парень со стриженым затылком, в спортивной куртке. Кажется, он и был спортсменом. Мы, женщины, глядели им вслед и говорили, что Маечка и Сережа хорошо смотрятся, что вот даже завидно, перед нами идеальная супружеская пара.

Сама Маечка ничего не рассказывала о своей семейной жизни. Она вообще никогда не принимала участия в наших нервных и жалобных рассказах друг другу о мужьях, детях, хозяйстве, здоровье. Да и на что могла посетовать Маечка, не обремененная, как мы: кто — трудными ребятишками, кто — пьющим мужем, кто — нищетой, кто — бесконечными болезнями.

Правда, однажды где-то весной она предупредила в отделе, что ложится в больницу. «А что с вами, Маечка?» — «Да так, на обследование. Каждая женщина должна регулярно следить за своим здоровьем». Мы, горько усмехнувшись, переглянулись между собой. Никто из нас, повязанных бытом, такую роскошь позволить себе не мог. И Маечка исчезла на месяц. Потом, не выходя на работу, взяла немало дней за свой счет, потом ушла в отпуск. Через три месяца она наконец появилась. В новой блузке со множеством рюшей на груди.

«Ну-ка, ну-ка, покажитесь, Маечка. Это вы сами такую блузку сшили? И фасон придумали?» — «Конечно, сама. Рюши — это же всегда очень нарядно»,— в своих лакированных туфельках на каблучках, как всегда подкрашенная, со свежей, явно сделанной рано, еще до работы, в парикмахерской укладочкой на голове. Только какая-то бледненькая. «Маечка, а где ваш загар? Вы что, никуда в отпуск не уезжали?» — «Да, никуда. Ведь дома побыть — лучший отдых...» Что ж, конечно, в Маечкиной квартире, где тебя никто не дергает, а только холят и лелеют, можно отдохнуть в свое удовольствие.

Правда, через некоторое время кто-то из наших увидел Маечкиного Сережу в кафе с высокой шатенкой. «Они вдвоем сидели за столиком, ели мороженое, пили шампанское, он наматывал себе на палец ее прядь волос. И так глядел на нее!» — «А Маечка, наивная, ничего не подозревает. Все у нее в порядке. Смотрите, цветет и пахнет...» — «Подумаешь, наверняка, Сережа с ней паинька».

А между тем заметили еще, что Маечка подъезжает к работе не на автобусе, как обычно, а на метро. «Маечка, у вас теперь новый маршрут?» — «Да, я теперь живу у мамы»,— «Подождите... Как у мамы? А где Сережа?» — «Сережа остался на прежней квартире»,— «Один?» — «Нет, после развода онВ отделе застыла тишина. Я заглянула за кульман. Маечка своими тщательно наманикюренными пальчиками старательно снимала с рейсфедера пылинку. Почувствовав на себе мой взгляд, она безмятежно улыбнулась: «Метро — это очень удобно».

Потом, через полгода, Маечка ушла от нас, устроилась где-то поближе к дому. И мы совсем потеряли ее из виду. И не вспоминали. А что было вспоминать?! Маечкины кокетливые блузки с банальными рюшами? Ее пустячные фразы и безоблачные улыбочки? Ее какие-то неприятности? Да, господи, у кого их нет?!

А еще через полгода позвонила ее мать. Сквозь тонкие всхлипывания можно было расслышать: «Маечки больше нет... Завтра похороны... Если кто хочет проститься...» Мы были ошеломлены: «Маечки больше нет? Она же такая цветущая, молодая! Сколько ей лет?.. Это какой-то нелепый трагический случай. Ужасно...»

На порохонах мы обо всем узнали от дальней Маечкиной родственницы, маленькой, провинциального вида старушки. Качая головой в кружевной черной косынке, она причитала: «Бедная, несчастная наша Маечка! И за что ей Господь такие испытания послал?! А уж как переживала она, когда муженек, Сережа этот, бросил ее, бросил, как только ее оперировали, тут удалили,— старушка прикладывала веснушчатую ладошку к своей иссохшей правой груди. — Страдалица настоящая! Все ночи, Маруся говорила, с вечера до утра ночник не выключала, с открытыми глазами лежала... А главное, не помогла операция. Ей уж и на работу стало невмоготу ездить. И все хуже и хуже. А кто знал про это?! Она Марусю ко мне в Конаково уговорила поехать, погостить. «Все у меня, мамочка, прошло. Анализы хорошие. Поезжай к тете Шуре, отдохни». Маруся ей поверила, ко мне отправилась, а Маечка тут же в больницу легла. У нее, оказывается, к тому времени уже начались боли адские. Она и срок свой окончательный знала — врачей уговорила сказать. А Марусе о себе сообщить попросила, только когда совсем плоха станет. В больнице так и сделали. Мы с Марусей сами не в себе срочно приехали, а нам там сказали, что накануне она умерла. Никто поначалу в палате и не заметил...»

Потрясенные, мы в последний раз смотрели на Маечку. «Маечка, как же это?» — со щемящим сердцем безмолвно обращались мы к ней. Но, как ни изменили Маечкино лицо страдания, в нем по-прежнему оставалось что-то любезно-милое, вежливое, «ничего, ничего, уже все прошло;— казалось, отвечала нам Маечка, и на искусанных губах ее лежала легкая безмятежная улыбочка. теперь живет там со своей женой...»

Эмилия КУНДЫШЕВА

Рекомендовать:
Отправить ссылку Печать
Порекомендуйте эту статью своим друзьям в социальных сетях и получите бонусы для участия в бонусной программе и в розыгрыше ПРИЗОВ!
См. условия подробнее

Комментарии

Новые вначале ▼

+ Добавить свой комментарий

Только авторизованные пользователи могут оставлять свои комментарии. Войдите, пожалуйста.

Вы также можете войти через свой аккаунт в почтовом сервисе или социальной сети:


Внимание, отправка комментария означает Ваше согласие с правилами комментирования!

Рассказы очевидцев

  • Барятинский женский монастырь
    Каждый раз, когда я уезжаю из монастыря, «Ангелов вам», — напутствуют меня на прощание сестры. Инокиня Досефея собирает в дорогу снедь. Матушка дарит очередную порцию книг, садится за руль «Москвича» и везет меня в Малоярославец на московскую электричку.
  • Это недетское детское кино
    Вообще тема отсутствия контакта между детьми и взрослыми, взаимонепонимания, одиночества и тех и других стала одной из центральных тем фестиваля.
  • Наша речка Сумерь
    Больше всего там нравилась мне речка, которая протекала за нашим огородом, под горой. Называлась она очень красиво — Сумерь. Берега ее заросли ивняком, ольхой, черемухой. Местами речка была мелкой и быстрой. Местами глубокой и медленной. Где — широкой, а где — такой узенькой, что ее можно было перепрыгнуть с разбега.
  • Владимир Гостюхин: «Будут внуки — надо их учить жить смелее».
    Напряжение было столь велико, что после финальной сцены самоубийства, вошедшей в фильм вторым дублем, я упал на руки режиссеру и не приходил в себя минут пятнадцать...
  • Белая ворона
    Николай Михайлович видел: люди жили бы мирно и дружно, если бы не нарочитое подогревание страстей. Его коробили высказывания вроде тех, что татары, мол, лучше живут, у них дома побогаче, потому как они умнее других, меньше грешат. Он старался не обращать внимания, относил это к «пережиткам прошлого», издержкам низкой культуры.
  • Беспокойство
    Два следа, две узорчатые строчки по краю большой лесной поляны. Здесь прошла утром по свежевыпавшему снегу пара рябчиков. Из любопытства двинулся было за ними, а потом остановился и долго смотрел на их согласный, любовный ход. близко друг от друга — как под ручку шли.
  • Беспредел
    Эта дикая история, произошедшая на бывшем монастырском подворье, — из ряда тех, что трудно осмыслить и объяснить. Она снова ставит все те же жгучие вопросы: есть ли предел нравственному падению нашего общества? И где же выход?
  • "Будь они прокляты, эти орехи!"
    А складывалась судьба у Самвела трудно. Мучила несправедливость наказания. К тому же в колонии здоровье резко ухудшилось. Положили в тюремную больницу. А там врачи установили, что у Самвела туберкулез легких.
  • Бумеранг.
    Так палач, исправно служивший государственной системе террора и уничтожения собственного народа (геноцида) — под знаменем, конечно же, социализма и во благо народа! — в одночасье стал жертвой этой системы, а точнее, тех своих коллег и сотоварищей, с которыми вместе управлял ею под предводительством Сталина.
  • Чужой среди своих.
    Он посягнул на «святая святых» — сравнил средние заработки рабочих, колхозников, учителей с окладами партийных и советских работников которые недавно были повышены.
  • ДЕЛАТЬ «ПЫЛКО ДА ОХОТНО»
    Всякое лето папа вез нас на свою родину, в маленькую деревеньку Бугино, что на берегу Северной Двины. Каждый день для нас, ребятишек, оборачивался здесь новой чудной сказкой, в которой героями становились и мы сами.
  • Деревня должна поменять веру.
    Нет ничего проще, чем создать в нашей стране изобилие продуктов. Можно сказать, пустяковое дело. Государство, власть раздают землю тем, кто хочет.
  • Дядь Саша
    Вошла молодая женщина с мальчиком лет пяти. Из-под козырька меховой с завязанными ушами шапки видны лишь хлюпающий нос да два бдительных глаза.
  • Для красоты и созерцания.
    В погоне за «бабками» за кружево не сядешь. А ведь какая красота! Жизнь нельзя упрощать бесконечно, это всегда оборачивается бездуховностью.
  • Дунинские петухи.
    ...Дунинские петухи начинали петь затемно. Петух сидел на высокой жердочке и дирижировал деревенским утром. Потом гудел рожок пастуха. До сих пор помню чувство протеста, которое вызывал у меня этот вовсе не музыкальный звук.
  • "Душа моя чиста".
    До сих пор остается загадкой, на какие деньги он жил, ибо их у него никогда не было: Коля был хроническим бессребреником.
  • Если вы одиноки
    Повезло мне в тот раз, повезло, досталась «Реклама», обычно раскупаемая мгновенно, стали печатать в ней объявления службы знакомств, о чем город гудел. Самые разные слышал я суждения о таком начинании. Своими глазами читал впервые.
  • «Если вы подружились в Москве»
    Конечно, нет к прошлому возврата. Прошлые радости и огорчения уже пережиты. Но какое-то отчаяние охватывает, наполняет тебя, когда межнациональная грызня выбивает из колеи, мешает людям жить в мире и дружбе.
  • Коня купил...
    Но мне уже успело это понравиться: коня купил, а?! Все-таки заговорила кровь, заговорила. Да и что там ни говори — поступок. Это вам не джинсы там и не «видик» — это конь!
  • «ХРАНЮ, КАК САМУЮ СВЯЩЕННУЮ РЕЛИКВИЮ...»
    В вишневом саду на открытой поляне стояли «солнечные» часы, на крыше школы был флюгер. И часы, и флюгер сделал папа. Он так много умел, что если взять и все перечислить, не хватило бы, наверное, целой страницы.
  • Как я работала гувернанткой.
    Но самое любопытное, что фирма, с которой я заключила договор на столь приятное времяпрепровождение, исчезла... А вместе с ней и моя зарплата. Так что остались только воспоминания. Да эти записки.
  • Как перевелись барсы на Енисее.
    Давным-давно жил да был на берегу Енисея старый-престарый старичок, и был у него такой же старый конь Савраска, по прозванью Губошлеп.
  • Кое - что о ТОПОРЕ.
    Казалось бы, что может быть проще обыкновенной двуручной пилы? Однако пилить ею тоже надо уметь, особенно если речь идет не о лежащем в козлах бревне, а о дереве, когда пропил надо делать горизонтально, да еще так низко, что приходится стоять на коленях.
  • Кому нужна война с мужиком?
    Так что начинал Рузвельт с нуля — со строительства. Перегородили его ребята громадный бетонный ангар кирпичной стеной, побелили, провели тепло, установили клетки — своими руками, за свой счет.
  • Кому нужны копилки
    — Почему копилки? Ну, вообще это могло быть все, что угодно. Я, как всякая женщина, человек практичный. Можно ведь сделать красивую вещь, но она будет бесполезной, правильно? А копилка — это серьезно.
  • Контакты второго рода
    История эта достаточно типична, по крайней мере в двух отношениях. Во-первых, как правило, контакт весьма краток. Обитатели тарелок долго наблюдать за собой не позволяют. Во-вторых, в контакт вступают люди неподготовленные. Специалисты узнают о контакте с большим запозданием, когда на месте посадки НЛО уже нет.
  • Кошечка взаймы
    Словосочетание «печки-лавочки» невозможно перевести на иностранные языки. По отдельности значение каждого слова здесь вполне понятно, конкретно; соединенные же вместе, они теряют свой прямой смысл и обретают...
  • Красный день.
    Часов у меня нет, я знаю только, что надо торопиться. Подъем занимает минуту-полторы, но взбегать приходится с задержанным дыханием. Чуть расслабишься, чтобы перевести дух,— сдвинуться потом трудно.
  • Крепко и государство.
    Так мы с мамой встретили тогда Рождество. Детишки уже заснули. Это было на Павловской. Мы были там очень бедны, но счастливы.
  • Курица - не птица?
    Петухов в хозяйстве было два — старый и молодой. Станешь сыпать корм, они друг друга оттирают, и каждый норовит своих кур поближе подтолкнуть. Тронет клювом зернышко, покажет— клюй, мол, да порасторопней!
  • «Левша» за работой.
    Познакомьтесь: педагог не по диплому, а по призванию. Иногда таких называют чудаками. Безусловно, ласковое слово «чудак» подходит для тех, чья «странность» настоена на чистом альтруизме.
  • Любовь с печалью пополам.
    Может, это уж и впрямь возрастное, но что поделаешь: тянет какая-то неизъяснимая сила снова поближе к деревне, ее быту, к дому крестьянскому, хлебу, пашне... А прикоснувшись, приобщившись, хотя бы на время, ко всему этому, с горечью убеждаюсь, как много хорошего, мудрого и доброго ушло из крестьянской жизни.
  • "Люди меня боялись..." Исповедь бывшего сельского участкового инспектора.
    Приходилось ли выпивать самому? Ясное дело, приходилось. Как говорится, служба заставляла. Но пил я не какую-нибудь гадость, а только водочку или коньяк. Придешь, бывало, вечером в подсобку сельпо, чтобы узнать, как идут дела, а здесь тебе уже стол накроют, с выпивкой, закуской — все как полагается. Потом в дорогу сверточек с продуктами, а как же! Колбаски там, ветчинки, консервов... Но все — в меру.
  • Мечта о ночлеге.
    Но как осуществить эту, казалось бы, такую простую, безыскусную мечту? Не скажешь же удивленным хозяевам: хочу тут у вас переночевать! Почему? Зачем? Что случилось? Естественные, право, вопросы, если твой законный ночлег отсюда всего в двадцати минутах ходу.
  • МОЙ ДУХОВНИК
    Мы ведь видим только одну сторону жизни священника — его службу в церкви. Остальное (быт, радости, горести) как бы за семью печатями.
  • Напрасно родные ждут сына домой...
    В тот день рядовой Анатолий Чмелев был дневальным по госпиталю. Столкнувшись на лестнице с санитаром Павлом Эунапу, услышал приказ: вымыть полы. Анатолий удивился: а почему, собственно, он, больной, должен это делать?
  • Несостоявшийся полёт
    Какими они были, избранницы космического века, окрыленные фантастически дерзновенной мечтой полета в неизведанное, манящее тайной пространство?..
  • Ничего, что я пляшу в галошах?
    Телевидение снимало «Русский дуэт» на платформе и площади Ярославского вокзала. Как только они запели, вокруг собрался народ, который сам стал участником этого представления: в образовавшийся возле выступающих круг влетело несколько женщин и мужчина, они стали подпевать и приплясывать.
  • О время-времечко!..
    На моих глазах умерло несколько деревень в округе. Зрелище — не приведи Бог! Умерла и наша. Надо было искать другую.
  • Память - в сегодняшних делах.
    Постоянно трудиться, помогать родителям й воспитании их мальчишек и девчонок — это от доброты сердечной и от понимания того, какое значение для человека имеет детство.
  • Пили, но в меру.
    Юношей мне доводилось частенько бывать на этой пильне и видеть бешеное челночное мелькание целой дюжины пил, зажатых в механическую пилораму, которые разом выплевывали по нескольку досок.
  • Платье Мельпомены
    Сократа очень уважали на нашей улице. И на соседних тоже. Знакомые и незнакомые люди обращались к нему за советом в спорных делах, и он всегда находил справедливое решение.
  • Пока остаюсь „рекордсменом"...
    Что ж, буду кормить себя сам! Да еще и детям помогу. Как? А вот как: построю сарай, завезу пару кабанчиков, куплю десятка полтора хохлаток, да разработаю соток десять огорода под овощи.
  • Полмешка ржаных сухарей.
    Ехали в теплушке, вместе с другими заводскими, в тесноте, да не в обиде. Вскоре раздали сухой паек — сухарями. На семерых получилось полмешка ржаных сухарей, которым особенно обрадовалась бабушка Наташа. Она готовила пищу, а продукты были уже на исходе.
  • ПО МОЕМУ ХОТЕНИЮ.
    Все-таки это странно — разгуливать средь бела дня, когда вокруг полно врагов. Неужто дыхание весны пересилило извечный инстинкт самосохранения? Да мало ли о чем можно гадать, и все будет правдоподобно, но, увы, недоказуемо...
  • Расстрелян и... оправдан.
    С горя Саша начал пить. Вскоре с ним стряслась еще одна беда. В закусочной вспыхнула драка. Когда приехала милиция, все разбежались, а Зайцев не успел. Получил два года за хулиганство. Их он отбыл полностью.
  • «Русь» — кормилица
    Итак, у нас репутация защищает... от законов. Это абсурд, несуразица, двусмысленность положения просто бросается в глаза. Когда же мы решительно поумнеем? И перестанем противиться здравому экономическому смыслу?
  • С Бывалым чего не бывало!
    По уверению Евгения Моргунова, в четырнадцати-пятнадцатилетнем возрасте он был «болваночник». В суровые военные годы (1942 г.) работал на заводе «Фрезер», изготовлял болванки для артиллерийских снарядов.
  • Сыновья Старой Кати
    Наша узкая, бугристая улочка, берущая начало внизу, в городе, упрямо взбиралась наверх, к садам и виноградникам. С соседней горы она казалась рекой.
  • Соловушка.
    Необыкновенная труженица, мастер, автор многих песен, романсов, чуткий аранжировщик известных произведений, свою задачу Евгения Смольянинова видит в том, чтобы донести до слушателя здоровое начало нашей национальной культуры.
  • «...Сперва родство, а потом все остальное».
    Август. Тенистые кроны каштанов окружают гостиницу «Киев». По ступенькам спускается стройный загорелый человек, возраст которого — семьдесят девять лет — повергает в изумление каждого, кто с ним знаком.
  • Старая школа.
    Ученики жгут свою школу. И день, и два... и четвертый год подряд. Нет, нет, не заколдованная школа, если может (дотла все-таки не выгорая!) столь долго гореть; нет, нет, и в учениках не найдем ничего демонического, обычные деревенские ребята.
  • ТВОРЦЫ ОСТАЮТСЯ
    О земле нельзя так протокольно. Земля — это и песня, и сказка, и кормилица наша. Только с добрыми, любящими ее людьми она поделится щедростью своей.
  • Убийство по заказу.
    Но чем дальше продолжалось следствие, тем менее убедительными выглядели объяснения Ольги. К этому времени удалось отыскать обладателя желтой рубашки.
  • Улыбка жены.
    И всю дорогу до места работы помнил и чувствовал на себе свет этой улыбки. И потрясенно качал головой: неужели она почувствовала, что мне приснилось прошедшей ночью?
  • У русских американцев.
    Прекрасно управляя машиной, совершая головокружительные виражи, Мариля не раз до упоения катала нас по гористым улицам Сан-Франциско — одного из красивейших городов мира, главного порта страны на Тихом океане.
  • ВАЛЕНКИ
    У меня холодеет сердце, когда вижу, как обута добрая половина нашей детворы и молодежи: ходить по снегу в кроссовках, сапожках или ботиночках — безумие!
  • "Ваш Зыков..."
    ...Это был трудный класс. У его мужской половины, к сожалению, господстовал культ силы. Все мои усилия в первые месяцы работы с классом были направлены на то, чтобы развенчать власть главного «кулачника», а попросту говоря, хулигана.
  • В книгах и в жизни
    Фраза у Голявкина короткая, «голая», словесных украшений — почти никаких. Зато уж тайной словорасположения, тайной интонации, тайной звучащей речи Голявкин владеет в совершенстве.
  • Зачем мятутся народы?
    В деревне его ждали, и если лето подходило к концу, а Бекташ все не появлялся, бабы начинали тревожиться, строить самые разные домыслы, которые с каждым днем становились все страшнее.
  • Задачка со многими известными
    Терпение их лопнуло, когда они остались без хлеба. В прямом смысле. Без ржаного, пшеничного — всякого. И не потому, что вселенский мор напал на село Андреевское или, тем паче, на весь Александровский район, выметая все подчистую.
  • „Заглянуть в Зазеркалье"
    Писать о людях необычных, редких способностей и знаний, с одной стороны, просто, потому что интересно, с другой — невероятно сложно.

Самое популярное

Муж беременной жены

Может быть, вам встречались фигурки обезьянок из Индии: одна из них закрывает глаза — это означает «не смотрю плохого»; другая закрывает уши — «не слушаю плохого»; еще одна закрывает лапкой рот, что значит «не говорю плохого». Приблизительно так должна вести себя беременная женщина.

Сколько раз "нормально"?

Не ждите самого подходящего времени для секса и не откладывайте его «на потом», если желанный момент так и не наступает. Вы должны понять, что, поступая таким образом, вы разрушаете основу своего брака.

Хорошо ли быть высоким?

Исследования показали, что высокие мужчины имеют неоспоримые преимущества перед низкорослыми.

Лучшая подруга

У моей жены есть лучшая подруга. У всех жен есть лучшие подруги. Но у моей жены она особая. По крайней мере, так думаю я.

Купание в естественных водоемах.

Купание в реке, озере или море — это один из наиболее эффективных способов закаливания.

Как поделить семейные обязанности.

Нынешние амазонки совсем не против того, чтобы уступить место мужу на кухне или поручить ему заботу о потомстве. Но готов ли сильный пол к переделу семейных обязанностей?

Уход за кожей новорожденных

Кожа новорожденных малышей особенно нуждается в тщательном и бережном уходе. Ее защитные функции еще не до конца сформированы, поэтому она крайне подвержена влиянию внешних факторов и нуждается в особом уходе.