Присоединяйтесь

Рассказы очевидцев

ДЕЛАТЬ «ПЫЛКО ДА ОХОТНО»

Повезло в жизни тем, на мой взгляд, людям, которым встретился умный и добрый старший друг. Мне повезло.

Всякое лето папа вез нас на свою родину, в маленькую деревеньку Бугино, что на берегу Северной Двины. Каждый день для нас, ребятишек, оборачивался здесь новой чудной сказкой, в которой героями становились и мы сами.

Странно, но у бабушки с дедушкой не было обременительным пасти корову, выпалывать грядки, собирать огурцы, ворошить сено. Даже скоблить до белизны полы и то становилось радостным. На глазах твоих они становились желтыми, как яичко, а плеснет горячий солнечный луч по половице, и она уж золотой глянется...

Любительница поспать, в деревне вскакивала я ранехонько вместе с бабушкой. Румяная со сна, она торопливо убирала длинную, до пят пшеничную косу (не задумываясь пожертвовала которую в пору нашего девичества внучкам на модные шиньоны) под белоснежную косынку и с этого момента птицей металась от стола к печи и обратно.

Печь весело потрескивала, выскакивали угольки — «подарки»... Первыми попадали в печь огромные чугуны с картошкой и водой, варевом для коровы Завиды и поросенка Борьки. Закипало все мгновенно. Так уж устроен горшок: бока его выпуклы и округлы, они и нагреваются печным «духом» первыми. Дно горшка, стоящее на поду, прогревается слабо, его и делают небольшим, да и ухватом поддевать удобно.

Вслед за горшками шли в печь различного размера крынки, латки, сотейники: с кашей, с яишней со шкварками — на завтрак. Когда уж угли переставали шаять — выделять зеленоватый огонек, печь выметали и ставили «обед»: щи, кашу, обязательно ставец (крынку) для томленого молока, на заедки крынку с ряженкой. Напоследок, набив репами большой горшок, его на лопате, вверх дном сажали в печь на ночь. Поутру начиналось настоящее пиршество. Париницу ели все: наголо или с хлебом, с солью и без соли. Часть ее бабушка резала маленькими кусочками-бо-бичками и сажала в печь на противне, чтоб получить самое любимое детское лакомство — вяленицу, шуточно называвшуюся еще «репой-неукрепой», прообраз нынешней жвачки. Славилась вяленица и из моркови. Обе они были куда как вкусны, а главное, безвредны.

Дни, когда пекли хлебы, и вовсе были на особицу. Духмяный запах свежеиспеченного хлеба просто дурманил и обвораживал. А праздник начинался еще накануне, когда бабушка в плетеном лукошке приносила из амбара муку, дедушка приносил ведро речной прозрачной воды, с печи снималась квашня, в которой от предыдущего еще теста «жила» прикрытая холщевиной закваска...

Ритмичное постукивание мутовки о края квашни, словно мурлыканье кота, дополняло ощущение семейного уюта и благополучия. Всю ночь затем на печи возле трубы «вздыхала» квашня, не раз бабушка заглядывала, «ходит» ли, а утром, совсем спозаранку, замешивала... Но о хлебе должен быть отдельный разговор. Как и о многом ином печиве: шаньгах, яшниках, рыбниках, налитушках, губниках и подорожниках, калачах, гороховиках и колобках тоже — блюдах, исконно русских, необычных и, к сожалению, уходящих в небытие.

Ностальгия по уходящему заставила меня прошлым летом вернуться к бабушкиному хлебу. Деле оказалось не таким уж хлопотным, как я боялась, И теперь на даче вся семья моя всегда с нечерствеющим домашним караваем. Еще горячий, с пылу-жару едим мы его с топленым молоком, с тертой в квасу редькой, смешанной с горячей раздавленной картошкой.

Поражает, сколь рациональным и продуманным было все в бабушкином хозяйстве и деревенском укладе деревенской их жизни. Всякому предмету — свое назначение, каждой вещи — свое место, продукту — свое время. Ничего не портилось, ничего не пропадало.

Самовар в бугинском доме не ленились ставить не по праздникам только, а каждодневно. Легкий зной от горящих углей, таинственное пение, запах и сияющие его бока — все это сдабривалось ароматным пирогом, топленым молоком с коричневой пенкой, дедушкиным удовлетворенным причмокиванием. Чай пили не спеша, с говорей, пока одна за другой не опрокидывались вверх дном чашки. Заваривали не столько покупной чай, сколько зверобой, душицу, лист смородишный, иной раз пили вприкуску с морковной вяленицей, янтарно-желтой ароматной морошкой, поленицей, черникой. Кипел самовар до конца чаепития, достаточно было держать трубу его слегка открытой.

— Пейте, девки, пейте,— веселыми морщинками смеялся дедушка.— Чай пить — не дрова рубить...

И пили, пили... По второй... по пятой... пока одна за другой не переворачивали чашки вверх дном:

— Уф-ф, начаявничались! Радехонька-сытехонька!..

Всегда откровением да и наукой оборачивались походы в лес, не были они простым гулянием. Ведро брали, когда шли за клюквой. Под грибы обязательно плетеную корзину, чтоб «гриб дышал», не червивел, прикрытый от солнца березовыми ветками. В берестяной короб собирались морошка и малина — не мялась, и сок не тек.

Особенно выбиралась для хозяйства береза.

— Береза — дерево ладно: с него и ковш, и хмельное выйдет, зря-то не рубите,— предупреждал дед.

Как-то папа решил научить нас берестяные туеса плести. Долго выбирал он березу, чтоб не старая была и не молодая, не тонкая, и чтоб было ей пятнадцать лет. Подцепил на сучке кору, надрезал и осторожно снял верхний слой. Если не повредить, пояснил, поболеет береза, но останется жить. Выпрямил скручивающиеся куски, сложил ровной стопкой и аккуратно перевязал. А дома убрал в чулан — осень, зиму и весну должна она храниться в сухом прохладном месте.

Но мы были нетерпеливы, попросили прошлогодней, дедовой. Отслоил папа внешнюю шероховатую часть, отполировал оставшийся тонкий слой. Стала береза белая, гладкая, расправил на доске, обрезал в размер, нанес по краю орнамент, а в середине петуха изобразил, точь-в-точь какой по двору бегал. Вместе напилили мы березовых кругляшей для донышек. Большие чурбачки пошли на ведерки под молоко, поменьше — на туески для сметаны, того меньше — для соли, не мокнет она в такой-то солонке. Были в домашнем хозяйстве и буртасы — берестяные туеса с двойной стенкой. Носили в них на сенокос творог, квас. Сохранял он холод и служил вроде термоса. Молоко не кисло в туесах неделями.

Ладили мы и Лубянку — нечто вроде кадушки. Ее весной мастерят. По широкому пеньку в торец другим пеньком ударят — и выйдет середина голенька, останется только донышко вставить — и в кипяток! — потом охватят посудину черемухой или ивой, оно и Останется.

Научил нас папа и ивовые корзины плести, короба, пестери с длинной ручкой для носки сена. Оплетали ивой большие бутылки для молока, что на продажу шли. Плетение корзин напоминало плетение кружев, и нам, девчушкам, нравилось не меньше мальчишек. И в том, и в другом творчестве захватывал и дух состязательности: кто лучше, узористее сплетет. А сколько слез пролито было, когда не получается или проиграешь. Но детские слезы «не долги», говаривала бабушка, просыхали и впрямь скоро, да и новое дело поспевало, чтоб увлечь и забыть поражение.

А сколь увлекателен оказался и процесс заготовки продуктов впрок. В сенях, на сеновале ставились промытые, прокаленные горячими каменьями с можжевельником кадушки, сбитые прочными обручами. Наполнялись они огурцами со смородишным листом, хреном, чесноком, шинкованной капустой с клюквой, моченой брусницей, белыми груздями. Особняком стояли кадочки с царским рыжиком, аристократической ягодой морошкой. Гроздьями висела на чердаке мороженая рябина, чудесно превращавшаяся из горькой в сладкую, когда заносили ее в избу. Словно камушки, стучали ягоды клюквы, ломили зубы.

Своеобразно хранили на севере молоко. Морозили на зиму в деревянных блюдах, затем выколачивали ледяные молочные круги и хранили на морозе. Его вез дедушка дочери в Котлас, и оно побрякивало в котомке вместе с прочей поклажей.

Давно уж нет моих бабушки с дедушкой, нет и папы, но слово помнится дедово:

— Плохо сделать да кое-как и дурак сумеет! А ты старайся поначалу научиться хорошо делать. А как увидишь, сплоховала — спроси, ет спроса лиха нет! — И речь его была плавная, как река северная — без разбегов. И слова он брал те, которые и сам знал сызмалу, и меня видел насквозь.

Утешал, когда постарше уж, восхищалась я ловкостью и веселостью, с какой бабушка все дела ладила:

— И ты можешь так робить. Заруби только: заставлять себя трудиться надо, мыслям дать средоточие, будешь и ты делать пылко да охотно.

Когда ум мой начинает лениться, я иду глядеть на художества народных промыслов. Любуюсь, удивляюсь: как умеют красовито, прочно делать-то!.. Нагляжусь, наберусь веселья — и за работу! Полезно, что ни говори, на чужой успех полюбоваться.

...И вот надарила и я друзьям досок расписных, туесков берестяных — хлеб хранят, жизнь продуктам удлиняют. Нет-нет, да и корзиночку сплету, чтоб грибков пособирали. А нынче, при нехватке молока, пожалуй, и сама замораживать его возьмусь. Шанежками, рипницей да молоком топленым радую домочадцев. И жалею, мало переняла, немногому научилась, осталась, как и предупреждал дедушка, «недоделкой необструганной», «уродилось теля с залысинкой»! Кое-чему, понемножечку — и ничегошеньки основательно. А надо бы «пылко да охотно». И эк, жалко-то, не наверстаешь ведь упущенного...

Наталия ЛОГИНОВА

Рекомендовать:
Отправить ссылку Печать
Порекомендуйте эту статью своим друзьям в социальных сетях и получите бонусы для участия в бонусной программе и в розыгрыше ПРИЗОВ!
См. условия подробнее

Комментарии

Новые вначале ▼

+ Добавить свой комментарий

Только авторизованные пользователи могут оставлять свои комментарии. Войдите, пожалуйста.

Вы также можете войти через свой аккаунт в почтовом сервисе или социальной сети:


Внимание, отправка комментария означает Ваше согласие с правилами комментирования!

Рассказы очевидцев

  • Барятинский женский монастырь
    Каждый раз, когда я уезжаю из монастыря, «Ангелов вам», — напутствуют меня на прощание сестры. Инокиня Досефея собирает в дорогу снедь. Матушка дарит очередную порцию книг, садится за руль «Москвича» и везет меня в Малоярославец на московскую электричку.
  • Это недетское детское кино
    Вообще тема отсутствия контакта между детьми и взрослыми, взаимонепонимания, одиночества и тех и других стала одной из центральных тем фестиваля.
  • Наша речка Сумерь
    Больше всего там нравилась мне речка, которая протекала за нашим огородом, под горой. Называлась она очень красиво — Сумерь. Берега ее заросли ивняком, ольхой, черемухой. Местами речка была мелкой и быстрой. Местами глубокой и медленной. Где — широкой, а где — такой узенькой, что ее можно было перепрыгнуть с разбега.
  • Владимир Гостюхин: «Будут внуки — надо их учить жить смелее».
    Напряжение было столь велико, что после финальной сцены самоубийства, вошедшей в фильм вторым дублем, я упал на руки режиссеру и не приходил в себя минут пятнадцать...
  • Белая ворона
    Николай Михайлович видел: люди жили бы мирно и дружно, если бы не нарочитое подогревание страстей. Его коробили высказывания вроде тех, что татары, мол, лучше живут, у них дома побогаче, потому как они умнее других, меньше грешат. Он старался не обращать внимания, относил это к «пережиткам прошлого», издержкам низкой культуры.
  • Беспокойство
    Два следа, две узорчатые строчки по краю большой лесной поляны. Здесь прошла утром по свежевыпавшему снегу пара рябчиков. Из любопытства двинулся было за ними, а потом остановился и долго смотрел на их согласный, любовный ход. близко друг от друга — как под ручку шли.
  • Беспредел
    Эта дикая история, произошедшая на бывшем монастырском подворье, — из ряда тех, что трудно осмыслить и объяснить. Она снова ставит все те же жгучие вопросы: есть ли предел нравственному падению нашего общества? И где же выход?
  • "Будь они прокляты, эти орехи!"
    А складывалась судьба у Самвела трудно. Мучила несправедливость наказания. К тому же в колонии здоровье резко ухудшилось. Положили в тюремную больницу. А там врачи установили, что у Самвела туберкулез легких.
  • Бумеранг.
    Так палач, исправно служивший государственной системе террора и уничтожения собственного народа (геноцида) — под знаменем, конечно же, социализма и во благо народа! — в одночасье стал жертвой этой системы, а точнее, тех своих коллег и сотоварищей, с которыми вместе управлял ею под предводительством Сталина.
  • Чужой среди своих.
    Он посягнул на «святая святых» — сравнил средние заработки рабочих, колхозников, учителей с окладами партийных и советских работников которые недавно были повышены.
  • Деревня должна поменять веру.
    Нет ничего проще, чем создать в нашей стране изобилие продуктов. Можно сказать, пустяковое дело. Государство, власть раздают землю тем, кто хочет.
  • Дядь Саша
    Вошла молодая женщина с мальчиком лет пяти. Из-под козырька меховой с завязанными ушами шапки видны лишь хлюпающий нос да два бдительных глаза.
  • Для красоты и созерцания.
    В погоне за «бабками» за кружево не сядешь. А ведь какая красота! Жизнь нельзя упрощать бесконечно, это всегда оборачивается бездуховностью.
  • Дунинские петухи.
    ...Дунинские петухи начинали петь затемно. Петух сидел на высокой жердочке и дирижировал деревенским утром. Потом гудел рожок пастуха. До сих пор помню чувство протеста, которое вызывал у меня этот вовсе не музыкальный звук.
  • "Душа моя чиста".
    До сих пор остается загадкой, на какие деньги он жил, ибо их у него никогда не было: Коля был хроническим бессребреником.
  • Если вы одиноки
    Повезло мне в тот раз, повезло, досталась «Реклама», обычно раскупаемая мгновенно, стали печатать в ней объявления службы знакомств, о чем город гудел. Самые разные слышал я суждения о таком начинании. Своими глазами читал впервые.
  • «Если вы подружились в Москве»
    Конечно, нет к прошлому возврата. Прошлые радости и огорчения уже пережиты. Но какое-то отчаяние охватывает, наполняет тебя, когда межнациональная грызня выбивает из колеи, мешает людям жить в мире и дружбе.
  • Коня купил...
    Но мне уже успело это понравиться: коня купил, а?! Все-таки заговорила кровь, заговорила. Да и что там ни говори — поступок. Это вам не джинсы там и не «видик» — это конь!
  • «ХРАНЮ, КАК САМУЮ СВЯЩЕННУЮ РЕЛИКВИЮ...»
    В вишневом саду на открытой поляне стояли «солнечные» часы, на крыше школы был флюгер. И часы, и флюгер сделал папа. Он так много умел, что если взять и все перечислить, не хватило бы, наверное, целой страницы.
  • Как я работала гувернанткой.
    Но самое любопытное, что фирма, с которой я заключила договор на столь приятное времяпрепровождение, исчезла... А вместе с ней и моя зарплата. Так что остались только воспоминания. Да эти записки.
  • Как перевелись барсы на Енисее.
    Давным-давно жил да был на берегу Енисея старый-престарый старичок, и был у него такой же старый конь Савраска, по прозванью Губошлеп.
  • Кое - что о ТОПОРЕ.
    Казалось бы, что может быть проще обыкновенной двуручной пилы? Однако пилить ею тоже надо уметь, особенно если речь идет не о лежащем в козлах бревне, а о дереве, когда пропил надо делать горизонтально, да еще так низко, что приходится стоять на коленях.
  • Кому нужна война с мужиком?
    Так что начинал Рузвельт с нуля — со строительства. Перегородили его ребята громадный бетонный ангар кирпичной стеной, побелили, провели тепло, установили клетки — своими руками, за свой счет.
  • Кому нужны копилки
    — Почему копилки? Ну, вообще это могло быть все, что угодно. Я, как всякая женщина, человек практичный. Можно ведь сделать красивую вещь, но она будет бесполезной, правильно? А копилка — это серьезно.
  • Контакты второго рода
    История эта достаточно типична, по крайней мере в двух отношениях. Во-первых, как правило, контакт весьма краток. Обитатели тарелок долго наблюдать за собой не позволяют. Во-вторых, в контакт вступают люди неподготовленные. Специалисты узнают о контакте с большим запозданием, когда на месте посадки НЛО уже нет.
  • Кошечка взаймы
    Словосочетание «печки-лавочки» невозможно перевести на иностранные языки. По отдельности значение каждого слова здесь вполне понятно, конкретно; соединенные же вместе, они теряют свой прямой смысл и обретают...
  • Красный день.
    Часов у меня нет, я знаю только, что надо торопиться. Подъем занимает минуту-полторы, но взбегать приходится с задержанным дыханием. Чуть расслабишься, чтобы перевести дух,— сдвинуться потом трудно.
  • Крепко и государство.
    Так мы с мамой встретили тогда Рождество. Детишки уже заснули. Это было на Павловской. Мы были там очень бедны, но счастливы.
  • Курица - не птица?
    Петухов в хозяйстве было два — старый и молодой. Станешь сыпать корм, они друг друга оттирают, и каждый норовит своих кур поближе подтолкнуть. Тронет клювом зернышко, покажет— клюй, мол, да порасторопней!
  • «Левша» за работой.
    Познакомьтесь: педагог не по диплому, а по призванию. Иногда таких называют чудаками. Безусловно, ласковое слово «чудак» подходит для тех, чья «странность» настоена на чистом альтруизме.
  • Любовь с печалью пополам.
    Может, это уж и впрямь возрастное, но что поделаешь: тянет какая-то неизъяснимая сила снова поближе к деревне, ее быту, к дому крестьянскому, хлебу, пашне... А прикоснувшись, приобщившись, хотя бы на время, ко всему этому, с горечью убеждаюсь, как много хорошего, мудрого и доброго ушло из крестьянской жизни.
  • "Люди меня боялись..." Исповедь бывшего сельского участкового инспектора.
    Приходилось ли выпивать самому? Ясное дело, приходилось. Как говорится, служба заставляла. Но пил я не какую-нибудь гадость, а только водочку или коньяк. Придешь, бывало, вечером в подсобку сельпо, чтобы узнать, как идут дела, а здесь тебе уже стол накроют, с выпивкой, закуской — все как полагается. Потом в дорогу сверточек с продуктами, а как же! Колбаски там, ветчинки, консервов... Но все — в меру.
  • МАЕЧКА
    Сама Маечка ничего не рассказывала о своей семейной жизни. Она вообще никогда не принимала участия в наших нервных и жалобных рассказах друг другу о мужьях, детях, хозяйстве, здоровье.
  • Мечта о ночлеге.
    Но как осуществить эту, казалось бы, такую простую, безыскусную мечту? Не скажешь же удивленным хозяевам: хочу тут у вас переночевать! Почему? Зачем? Что случилось? Естественные, право, вопросы, если твой законный ночлег отсюда всего в двадцати минутах ходу.
  • МОЙ ДУХОВНИК
    Мы ведь видим только одну сторону жизни священника — его службу в церкви. Остальное (быт, радости, горести) как бы за семью печатями.
  • Напрасно родные ждут сына домой...
    В тот день рядовой Анатолий Чмелев был дневальным по госпиталю. Столкнувшись на лестнице с санитаром Павлом Эунапу, услышал приказ: вымыть полы. Анатолий удивился: а почему, собственно, он, больной, должен это делать?
  • Несостоявшийся полёт
    Какими они были, избранницы космического века, окрыленные фантастически дерзновенной мечтой полета в неизведанное, манящее тайной пространство?..
  • Ничего, что я пляшу в галошах?
    Телевидение снимало «Русский дуэт» на платформе и площади Ярославского вокзала. Как только они запели, вокруг собрался народ, который сам стал участником этого представления: в образовавшийся возле выступающих круг влетело несколько женщин и мужчина, они стали подпевать и приплясывать.
  • О время-времечко!..
    На моих глазах умерло несколько деревень в округе. Зрелище — не приведи Бог! Умерла и наша. Надо было искать другую.
  • Память - в сегодняшних делах.
    Постоянно трудиться, помогать родителям й воспитании их мальчишек и девчонок — это от доброты сердечной и от понимания того, какое значение для человека имеет детство.
  • Пили, но в меру.
    Юношей мне доводилось частенько бывать на этой пильне и видеть бешеное челночное мелькание целой дюжины пил, зажатых в механическую пилораму, которые разом выплевывали по нескольку досок.
  • Платье Мельпомены
    Сократа очень уважали на нашей улице. И на соседних тоже. Знакомые и незнакомые люди обращались к нему за советом в спорных делах, и он всегда находил справедливое решение.
  • Пока остаюсь „рекордсменом"...
    Что ж, буду кормить себя сам! Да еще и детям помогу. Как? А вот как: построю сарай, завезу пару кабанчиков, куплю десятка полтора хохлаток, да разработаю соток десять огорода под овощи.
  • Полмешка ржаных сухарей.
    Ехали в теплушке, вместе с другими заводскими, в тесноте, да не в обиде. Вскоре раздали сухой паек — сухарями. На семерых получилось полмешка ржаных сухарей, которым особенно обрадовалась бабушка Наташа. Она готовила пищу, а продукты были уже на исходе.
  • ПО МОЕМУ ХОТЕНИЮ.
    Все-таки это странно — разгуливать средь бела дня, когда вокруг полно врагов. Неужто дыхание весны пересилило извечный инстинкт самосохранения? Да мало ли о чем можно гадать, и все будет правдоподобно, но, увы, недоказуемо...
  • Расстрелян и... оправдан.
    С горя Саша начал пить. Вскоре с ним стряслась еще одна беда. В закусочной вспыхнула драка. Когда приехала милиция, все разбежались, а Зайцев не успел. Получил два года за хулиганство. Их он отбыл полностью.
  • «Русь» — кормилица
    Итак, у нас репутация защищает... от законов. Это абсурд, несуразица, двусмысленность положения просто бросается в глаза. Когда же мы решительно поумнеем? И перестанем противиться здравому экономическому смыслу?
  • С Бывалым чего не бывало!
    По уверению Евгения Моргунова, в четырнадцати-пятнадцатилетнем возрасте он был «болваночник». В суровые военные годы (1942 г.) работал на заводе «Фрезер», изготовлял болванки для артиллерийских снарядов.
  • Сыновья Старой Кати
    Наша узкая, бугристая улочка, берущая начало внизу, в городе, упрямо взбиралась наверх, к садам и виноградникам. С соседней горы она казалась рекой.
  • Соловушка.
    Необыкновенная труженица, мастер, автор многих песен, романсов, чуткий аранжировщик известных произведений, свою задачу Евгения Смольянинова видит в том, чтобы донести до слушателя здоровое начало нашей национальной культуры.
  • «...Сперва родство, а потом все остальное».
    Август. Тенистые кроны каштанов окружают гостиницу «Киев». По ступенькам спускается стройный загорелый человек, возраст которого — семьдесят девять лет — повергает в изумление каждого, кто с ним знаком.
  • Старая школа.
    Ученики жгут свою школу. И день, и два... и четвертый год подряд. Нет, нет, не заколдованная школа, если может (дотла все-таки не выгорая!) столь долго гореть; нет, нет, и в учениках не найдем ничего демонического, обычные деревенские ребята.
  • ТВОРЦЫ ОСТАЮТСЯ
    О земле нельзя так протокольно. Земля — это и песня, и сказка, и кормилица наша. Только с добрыми, любящими ее людьми она поделится щедростью своей.
  • Убийство по заказу.
    Но чем дальше продолжалось следствие, тем менее убедительными выглядели объяснения Ольги. К этому времени удалось отыскать обладателя желтой рубашки.
  • Улыбка жены.
    И всю дорогу до места работы помнил и чувствовал на себе свет этой улыбки. И потрясенно качал головой: неужели она почувствовала, что мне приснилось прошедшей ночью?
  • У русских американцев.
    Прекрасно управляя машиной, совершая головокружительные виражи, Мариля не раз до упоения катала нас по гористым улицам Сан-Франциско — одного из красивейших городов мира, главного порта страны на Тихом океане.
  • ВАЛЕНКИ
    У меня холодеет сердце, когда вижу, как обута добрая половина нашей детворы и молодежи: ходить по снегу в кроссовках, сапожках или ботиночках — безумие!
  • "Ваш Зыков..."
    ...Это был трудный класс. У его мужской половины, к сожалению, господстовал культ силы. Все мои усилия в первые месяцы работы с классом были направлены на то, чтобы развенчать власть главного «кулачника», а попросту говоря, хулигана.
  • В книгах и в жизни
    Фраза у Голявкина короткая, «голая», словесных украшений — почти никаких. Зато уж тайной словорасположения, тайной интонации, тайной звучащей речи Голявкин владеет в совершенстве.
  • Зачем мятутся народы?
    В деревне его ждали, и если лето подходило к концу, а Бекташ все не появлялся, бабы начинали тревожиться, строить самые разные домыслы, которые с каждым днем становились все страшнее.
  • Задачка со многими известными
    Терпение их лопнуло, когда они остались без хлеба. В прямом смысле. Без ржаного, пшеничного — всякого. И не потому, что вселенский мор напал на село Андреевское или, тем паче, на весь Александровский район, выметая все подчистую.
  • „Заглянуть в Зазеркалье"
    Писать о людях необычных, редких способностей и знаний, с одной стороны, просто, потому что интересно, с другой — невероятно сложно.

Самое популярное

Муж беременной жены

Может быть, вам встречались фигурки обезьянок из Индии: одна из них закрывает глаза — это означает «не смотрю плохого»; другая закрывает уши — «не слушаю плохого»; еще одна закрывает лапкой рот, что значит «не говорю плохого». Приблизительно так должна вести себя беременная женщина.

Сколько раз "нормально"?

Не ждите самого подходящего времени для секса и не откладывайте его «на потом», если желанный момент так и не наступает. Вы должны понять, что, поступая таким образом, вы разрушаете основу своего брака.

Как размер бюста влияет на поведение мужчин.

Из всех внешних атрибутов, которыми обладает женщина, наибольшее количество мужских взглядов притягивает ее грудь.

Лучшая подруга

У моей жены есть лучшая подруга. У всех жен есть лучшие подруги. Но у моей жены она особая. По крайней мере, так думаю я.

Хорошо ли быть высоким?

Исследования показали, что высокие мужчины имеют неоспоримые преимущества перед низкорослыми.

Купание в естественных водоемах.

Купание в реке, озере или море — это один из наиболее эффективных способов закаливания.

Почему мой ребенок грустит?

Дети должны радоваться, смеяться. А ему все не мило. Может быть, он болен?