Присоединяйтесь

Рассказы очевидцев

"Душа моя чиста".

В 1971 году, в самый холодный месяц зимы, по литературным кругам России прошла леденящая сердце весть: в нелепой домашней драке погиб поэт Рубцов, человек большого лирического дара, наш «северный Есенин». Мне, его однокашнику (учился с Колей 4 года), хотелось бы поделиться воспоминаниями. Ведь Рубцов почти наш земляк: вологодцы считают Подосиновец, Лузу и Лальск не вятскими провинциями, а своими (до войны они принадлежали Вологде). На родину Рубцова ходит автобус из нашей Лузы, река Юг воспета им не раз и с любовью, он бывал в Лальске.

Самой большой шуткой («приколом») во время нашей учебы в Литинституте была весть о том, что нашему однокурснику Коле Рубцову поставят бронзовый памятник у него на родине, в Вологде, откуда он приезжал на экзаменационные сессии, безразличный к житейским благам и славе, сторонящийся шумных литературных «тусовок», живущий кое-как на гроши, получаемые от заведования сельским клубом в его родной Тотьме.

До сих пор остается загадкой, на какие деньги он жил, ибо их у него никогда не было: Коля был хроническим бессребреником. Мой друг из Сибири, детский поэт Миша Трофимов, привозил в общежитие много всякой снеди — вареное мясо кабарги, медвежий окорок, картошку, вяленых налимов и хариусов, бутыль растительного масла. Когда («Стукну по карману — не звенит, стукну по другому — не слыхать») у Николая Михайловича даже мелочи не оставалось на ломтик хлеба и порцию каши, он приходил к Мише Трофимову за растительным маслом и картошкой. Обще-житское братство известно, видя Колю не при деньгах, мы его «подкармливали», за это он нас смешил своими экспромтами: «В комнате темно, в комнате беда — кончилось вино, кончилась еда, кончилась вода вдруг на этаже, отчего тогда весело душе?»

Были ли у Николая Рубцова враги? Безусловно, были... Гениальная пушкинская формула «Моцарт и Сальери» в любых творческих кругах поистине бессмертна. Коля и тут вел себя оригинально. Он петушился, горячился, не находил слов, тогда как расчетливый оппонент долбил его, как дятел, железной логикой, ведь посредственность всегда права... У Коли на сей случай были две заготовки. Сначала он выкрикивал своему врагу: «Ты не поэт!», потом добавлял совсем по-детски: «Я выше тебя!»

Каждый третий современный художник может скопировать холсты Ван Гога, а каждый стихотворец — написать пародию на стихи Коли Рубцова, но в том-то и дело, что «собственное лицо» в поэзии имеют единицы, а сотни (шлейф подражателей) интерпретируют их творчество. Это он сказал о поэзии пугающие своей простотой и правдой слова: «И не она от нас зависит, а мы зависим от нее». Можно отрастить волосы, как у Тарзана, до плеч, можно изучить поэзию умом, научиться слагать стихи, читать их нараспев, подвывая, можно вступить в союз писателей, можно даже называться поэтом, но не быть им на самом деле. Труднее любить родину больше себя, быть «чувствилищем», носителем боли всех и каждого, постоянно страдать, но не за свою шкуру. Николай Рубцов так мало походил на поэта внешне, что его легко можно было принять за почтальона или шофера. Одевался тоже кое-как: змея поэтической мудрости неотрывно глядела на него и не позволяла ему отвлекаться на внешние атрибуты жизни — на показуху. Однажды ребята из общежития, зная, что Коля — бывший морячок — все равно деньги, полученные в издательстве «Советский писатель» за книгу «Звезда полей», разбросает по столичным ресторанам с группой «прилипал», которые сразу смоются, как только исчезнут Колины тысячи, попросили у него часть гонорара взаймы и купили ему новый костюм в московском магазине. Но покупали такие же, как он, «непижоны», поэтому брюки у Коли «подметали пыль». Может быть, после Александра Яшина вологодская земля не рождала больше такого певца ее полей: в стихах Рубцова чувствуется какая-то стереофоничность, пространствен-ность.

И вдруг такой повеяло с полей
тоской любви, тоской свиданий кратких.
Я уплывал все дальше, без оглядки,
на мглистый берег юности своей.

Николай Михайлович Рубцов не был в жизни паинькой — был задирист, ершист, вспыльчив: небольшого роста, худощавый, с редкими темно-русыми волосами (рано стал лысеть). Я как-то опоздал на осеннюю сессию и был поселен в общежитии со студентом, отставшим от своего курса. Речь идет об интересном поэте из Пскова, бывшем моряке-подводнике Евгении Борисове, которого все в институте звали Женей, и он был известен своей физической силой. Это был друг Коли Рубцова, тоже служившего на Северном флоте.

Женя и Коля (бывшие «мореманы») хоть и дружили крепко, но постоянно ссорились. Причем Борисов предупреждал подвыпившего и махавшего кулаками Колю всегда одними словами: «Не трави медведя!» Зато лишь чуть угрожала опасность Коле Рубцову, как Женя Борисов бежал на помощь и раскидывал обидчиков своего друга направо и налево. Еще одна деталь: у Коли Рубцова часто были «хвосты», то есть «незачеты» и «неуды». Больше всего ему (как и всем нам) приносил неприятностей самодовольный, румянощекий столичный стареющий щеголь, профессор М-ский, вернувшийся на этот раз из очередной поездки в Америку и взахлеб о том рассказывавший. С высоты своего кафедрального возвышения он смотрел на нас, стеснительных сельских «Ломоносовых», как на людей второго сорта, обижая словами, любил спровоцировать горячность очередного деревенского «недипломата» и мелко отомстить за это на экзамене по «Истории критики»: «садил» он всегда на датах, коих там океан. Достаточно сказать, что сам Евтушенко пересдавал у него 9 раз.

Но были и хорошие профессора. Пушкинист Еремин был любимцем студентов. Его ботинки были зашнурованы радиопроводами, под мышкой он носил истертый и потрепанный бухгалтерский портфель, который вечно по растерянности терял. Раз студенты взяли потерянный профессором портфель и заменили его на новый (купили вскладчину). Еремин прослезился от чувства благодарности. Его коньком была тема — Пушкин и женщины. Мы ему подкидывали вопросы, а он увлекался и говорил часами, особенно об Анне Керн. Этим ученым написана одна из лучших книг о великом поэте: «Пушкин в Болдино».

Еще мы любили Валентину Дынник — профессора, подругу Есенина. Она была так снисходительна к нашему незнанию античной литературы, что ниже отметки «четыре» никому ничего не ставила, зато рассказывала так интересно, что мы рты раскрывали. Когда ее спрашивали: «Говорят, вас любил Сергеи Александрович»,— она не жеманилась, а неизменно отвечала: «Любил — не любил, а захаживать — захаживал!» Профессор Друзин был еще демократичнее: он приходил к нам в общежитие в Колину комнату, уже тогда предсказывая ему славу, и пел с нами любимую песню Нестора Ивановича Махно: «Тело мое белое, кости мои белые коршуны да вороны по степи разнесут, жалко только волюшку во зеленом полюшке, жалко саблю острую да буланого коня».

Я не запомнил, чтобы Колю при жизни кто-то называл по имени и отчеству, он не был лауреатом ни одной литературной премии, возможно, оттого, что премии чаще «вырываются», чем получаются их носителями. В кругу заслуженных, талантливых, выдающихся, маститых, больших советских поэтов он был просто Колей. Какую душу надо было иметь, чтобы написать так сердечно про обыкновенного алкаша:

Когда за окном потемнело, 
он тихо потребовал спички
И лампу зажег неумело,
ругая жену по привычке...
Меж тем, как она раздевалась,
И он перед сном раздевался:
слезами она заливалась,
а он соловьем заливался.

Когда думаешь о наболевшем, напрашивается вывод: может быть, вовремя ушел из жизни Николай Рубцов?! Страшно представить, что бы он делал теперь, каким унижениям подвергла бы его рыночная экономика: ходил бы в бесплатную столовку для бедных, работал бы сторожем, кочегаром или дворником; как многие из его коллег по творческому цеху?! Фантастическое подорожание бумаги уничтожило государственные издательства, а книжный рынок завален макулатурой, рассчитанной на самый низкопробный, обывательский вкус. И книгу издает чаще всего не Моцарт, а Сальери, умеющий найти деньги. По этой причине поэтический небосклон родины тускнеет с каждым днем, а сколько звезд, сколько имен, равных Рубцову, сияло на нем, кажется, еще вчера: Юрий Кузнецов из Краснодара, Игорь Шкляревский из Могилева, Борис Примеров из Ростова-на-Дону, Новелла Матвеева из Подмосковья, Алексей Решетов из Перми, Алексей Прасолов из Воронежа. И это далеко не все. Наступает жуткое время «беспоэтья». Если в наши дни быть эпигоном или плагиатором было позорно, то сейчас интерпретация чужого творчества — обычное, рядовое явление. Храните, любители, скромные сборнички стихов Рубцова, больше их, возможно, никто никогда не издаст!

Немудрено, что некоторые стихи Николая Рубцова стали песнями. Стихи Рубцова запоминаешь сразу и навсегда — в этом его талант, рожденный деревней. Ценность этого поэта будет увеличиваться по мере того, как псевдоноваторы низведут язык богов — поэзию — до уровня сексуальных стонов и выкриков, повторяющихся по тридцать раз кряду, как испорченная пластинка.

Николай Рубцов родился 3 января 1936 года и предсказал свою раннюю смерть («Я умру в крещенские морозы»), погибнув в 35.

Павел МАРАКУЛИН

Рекомендовать:
Отправить ссылку Печать
Порекомендуйте эту статью своим друзьям в социальных сетях и получите бонусы для участия в бонусной программе и в розыгрыше ПРИЗОВ!
См. условия подробнее

Комментарии

Новые вначале ▼

+ Добавить свой комментарий

Только авторизованные пользователи могут оставлять свои комментарии. Войдите, пожалуйста.

Вы также можете войти через свой аккаунт в почтовом сервисе или социальной сети:


Внимание, отправка комментария означает Ваше согласие с правилами комментирования!

Рассказы очевидцев

  • Барятинский женский монастырь
    Каждый раз, когда я уезжаю из монастыря, «Ангелов вам», — напутствуют меня на прощание сестры. Инокиня Досефея собирает в дорогу снедь. Матушка дарит очередную порцию книг, садится за руль «Москвича» и везет меня в Малоярославец на московскую электричку.
  • Это недетское детское кино
    Вообще тема отсутствия контакта между детьми и взрослыми, взаимонепонимания, одиночества и тех и других стала одной из центральных тем фестиваля.
  • Наша речка Сумерь
    Больше всего там нравилась мне речка, которая протекала за нашим огородом, под горой. Называлась она очень красиво — Сумерь. Берега ее заросли ивняком, ольхой, черемухой. Местами речка была мелкой и быстрой. Местами глубокой и медленной. Где — широкой, а где — такой узенькой, что ее можно было перепрыгнуть с разбега.
  • Владимир Гостюхин: «Будут внуки — надо их учить жить смелее».
    Напряжение было столь велико, что после финальной сцены самоубийства, вошедшей в фильм вторым дублем, я упал на руки режиссеру и не приходил в себя минут пятнадцать...
  • Белая ворона
    Николай Михайлович видел: люди жили бы мирно и дружно, если бы не нарочитое подогревание страстей. Его коробили высказывания вроде тех, что татары, мол, лучше живут, у них дома побогаче, потому как они умнее других, меньше грешат. Он старался не обращать внимания, относил это к «пережиткам прошлого», издержкам низкой культуры.
  • Беспокойство
    Два следа, две узорчатые строчки по краю большой лесной поляны. Здесь прошла утром по свежевыпавшему снегу пара рябчиков. Из любопытства двинулся было за ними, а потом остановился и долго смотрел на их согласный, любовный ход. близко друг от друга — как под ручку шли.
  • Беспредел
    Эта дикая история, произошедшая на бывшем монастырском подворье, — из ряда тех, что трудно осмыслить и объяснить. Она снова ставит все те же жгучие вопросы: есть ли предел нравственному падению нашего общества? И где же выход?
  • "Будь они прокляты, эти орехи!"
    А складывалась судьба у Самвела трудно. Мучила несправедливость наказания. К тому же в колонии здоровье резко ухудшилось. Положили в тюремную больницу. А там врачи установили, что у Самвела туберкулез легких.
  • Бумеранг.
    Так палач, исправно служивший государственной системе террора и уничтожения собственного народа (геноцида) — под знаменем, конечно же, социализма и во благо народа! — в одночасье стал жертвой этой системы, а точнее, тех своих коллег и сотоварищей, с которыми вместе управлял ею под предводительством Сталина.
  • Чужой среди своих.
    Он посягнул на «святая святых» — сравнил средние заработки рабочих, колхозников, учителей с окладами партийных и советских работников которые недавно были повышены.
  • ДЕЛАТЬ «ПЫЛКО ДА ОХОТНО»
    Всякое лето папа вез нас на свою родину, в маленькую деревеньку Бугино, что на берегу Северной Двины. Каждый день для нас, ребятишек, оборачивался здесь новой чудной сказкой, в которой героями становились и мы сами.
  • Деревня должна поменять веру.
    Нет ничего проще, чем создать в нашей стране изобилие продуктов. Можно сказать, пустяковое дело. Государство, власть раздают землю тем, кто хочет.
  • Дядь Саша
    Вошла молодая женщина с мальчиком лет пяти. Из-под козырька меховой с завязанными ушами шапки видны лишь хлюпающий нос да два бдительных глаза.
  • Для красоты и созерцания.
    В погоне за «бабками» за кружево не сядешь. А ведь какая красота! Жизнь нельзя упрощать бесконечно, это всегда оборачивается бездуховностью.
  • Дунинские петухи.
    ...Дунинские петухи начинали петь затемно. Петух сидел на высокой жердочке и дирижировал деревенским утром. Потом гудел рожок пастуха. До сих пор помню чувство протеста, которое вызывал у меня этот вовсе не музыкальный звук.
  • Если вы одиноки
    Повезло мне в тот раз, повезло, досталась «Реклама», обычно раскупаемая мгновенно, стали печатать в ней объявления службы знакомств, о чем город гудел. Самые разные слышал я суждения о таком начинании. Своими глазами читал впервые.
  • «Если вы подружились в Москве»
    Конечно, нет к прошлому возврата. Прошлые радости и огорчения уже пережиты. Но какое-то отчаяние охватывает, наполняет тебя, когда межнациональная грызня выбивает из колеи, мешает людям жить в мире и дружбе.
  • Коня купил...
    Но мне уже успело это понравиться: коня купил, а?! Все-таки заговорила кровь, заговорила. Да и что там ни говори — поступок. Это вам не джинсы там и не «видик» — это конь!
  • «ХРАНЮ, КАК САМУЮ СВЯЩЕННУЮ РЕЛИКВИЮ...»
    В вишневом саду на открытой поляне стояли «солнечные» часы, на крыше школы был флюгер. И часы, и флюгер сделал папа. Он так много умел, что если взять и все перечислить, не хватило бы, наверное, целой страницы.
  • Как я работала гувернанткой.
    Но самое любопытное, что фирма, с которой я заключила договор на столь приятное времяпрепровождение, исчезла... А вместе с ней и моя зарплата. Так что остались только воспоминания. Да эти записки.
  • Как перевелись барсы на Енисее.
    Давным-давно жил да был на берегу Енисея старый-престарый старичок, и был у него такой же старый конь Савраска, по прозванью Губошлеп.
  • Кое - что о ТОПОРЕ.
    Казалось бы, что может быть проще обыкновенной двуручной пилы? Однако пилить ею тоже надо уметь, особенно если речь идет не о лежащем в козлах бревне, а о дереве, когда пропил надо делать горизонтально, да еще так низко, что приходится стоять на коленях.
  • Кому нужна война с мужиком?
    Так что начинал Рузвельт с нуля — со строительства. Перегородили его ребята громадный бетонный ангар кирпичной стеной, побелили, провели тепло, установили клетки — своими руками, за свой счет.
  • Кому нужны копилки
    — Почему копилки? Ну, вообще это могло быть все, что угодно. Я, как всякая женщина, человек практичный. Можно ведь сделать красивую вещь, но она будет бесполезной, правильно? А копилка — это серьезно.
  • Контакты второго рода
    История эта достаточно типична, по крайней мере в двух отношениях. Во-первых, как правило, контакт весьма краток. Обитатели тарелок долго наблюдать за собой не позволяют. Во-вторых, в контакт вступают люди неподготовленные. Специалисты узнают о контакте с большим запозданием, когда на месте посадки НЛО уже нет.
  • Кошечка взаймы
    Словосочетание «печки-лавочки» невозможно перевести на иностранные языки. По отдельности значение каждого слова здесь вполне понятно, конкретно; соединенные же вместе, они теряют свой прямой смысл и обретают...
  • Красный день.
    Часов у меня нет, я знаю только, что надо торопиться. Подъем занимает минуту-полторы, но взбегать приходится с задержанным дыханием. Чуть расслабишься, чтобы перевести дух,— сдвинуться потом трудно.
  • Крепко и государство.
    Так мы с мамой встретили тогда Рождество. Детишки уже заснули. Это было на Павловской. Мы были там очень бедны, но счастливы.
  • Курица - не птица?
    Петухов в хозяйстве было два — старый и молодой. Станешь сыпать корм, они друг друга оттирают, и каждый норовит своих кур поближе подтолкнуть. Тронет клювом зернышко, покажет— клюй, мол, да порасторопней!
  • «Левша» за работой.
    Познакомьтесь: педагог не по диплому, а по призванию. Иногда таких называют чудаками. Безусловно, ласковое слово «чудак» подходит для тех, чья «странность» настоена на чистом альтруизме.
  • Любовь с печалью пополам.
    Может, это уж и впрямь возрастное, но что поделаешь: тянет какая-то неизъяснимая сила снова поближе к деревне, ее быту, к дому крестьянскому, хлебу, пашне... А прикоснувшись, приобщившись, хотя бы на время, ко всему этому, с горечью убеждаюсь, как много хорошего, мудрого и доброго ушло из крестьянской жизни.
  • "Люди меня боялись..." Исповедь бывшего сельского участкового инспектора.
    Приходилось ли выпивать самому? Ясное дело, приходилось. Как говорится, служба заставляла. Но пил я не какую-нибудь гадость, а только водочку или коньяк. Придешь, бывало, вечером в подсобку сельпо, чтобы узнать, как идут дела, а здесь тебе уже стол накроют, с выпивкой, закуской — все как полагается. Потом в дорогу сверточек с продуктами, а как же! Колбаски там, ветчинки, консервов... Но все — в меру.
  • МАЕЧКА
    Сама Маечка ничего не рассказывала о своей семейной жизни. Она вообще никогда не принимала участия в наших нервных и жалобных рассказах друг другу о мужьях, детях, хозяйстве, здоровье.
  • Мечта о ночлеге.
    Но как осуществить эту, казалось бы, такую простую, безыскусную мечту? Не скажешь же удивленным хозяевам: хочу тут у вас переночевать! Почему? Зачем? Что случилось? Естественные, право, вопросы, если твой законный ночлег отсюда всего в двадцати минутах ходу.
  • МОЙ ДУХОВНИК
    Мы ведь видим только одну сторону жизни священника — его службу в церкви. Остальное (быт, радости, горести) как бы за семью печатями.
  • Напрасно родные ждут сына домой...
    В тот день рядовой Анатолий Чмелев был дневальным по госпиталю. Столкнувшись на лестнице с санитаром Павлом Эунапу, услышал приказ: вымыть полы. Анатолий удивился: а почему, собственно, он, больной, должен это делать?
  • Несостоявшийся полёт
    Какими они были, избранницы космического века, окрыленные фантастически дерзновенной мечтой полета в неизведанное, манящее тайной пространство?..
  • Ничего, что я пляшу в галошах?
    Телевидение снимало «Русский дуэт» на платформе и площади Ярославского вокзала. Как только они запели, вокруг собрался народ, который сам стал участником этого представления: в образовавшийся возле выступающих круг влетело несколько женщин и мужчина, они стали подпевать и приплясывать.
  • О время-времечко!..
    На моих глазах умерло несколько деревень в округе. Зрелище — не приведи Бог! Умерла и наша. Надо было искать другую.
  • Память - в сегодняшних делах.
    Постоянно трудиться, помогать родителям й воспитании их мальчишек и девчонок — это от доброты сердечной и от понимания того, какое значение для человека имеет детство.
  • Пили, но в меру.
    Юношей мне доводилось частенько бывать на этой пильне и видеть бешеное челночное мелькание целой дюжины пил, зажатых в механическую пилораму, которые разом выплевывали по нескольку досок.
  • Платье Мельпомены
    Сократа очень уважали на нашей улице. И на соседних тоже. Знакомые и незнакомые люди обращались к нему за советом в спорных делах, и он всегда находил справедливое решение.
  • Пока остаюсь „рекордсменом"...
    Что ж, буду кормить себя сам! Да еще и детям помогу. Как? А вот как: построю сарай, завезу пару кабанчиков, куплю десятка полтора хохлаток, да разработаю соток десять огорода под овощи.
  • Полмешка ржаных сухарей.
    Ехали в теплушке, вместе с другими заводскими, в тесноте, да не в обиде. Вскоре раздали сухой паек — сухарями. На семерых получилось полмешка ржаных сухарей, которым особенно обрадовалась бабушка Наташа. Она готовила пищу, а продукты были уже на исходе.
  • ПО МОЕМУ ХОТЕНИЮ.
    Все-таки это странно — разгуливать средь бела дня, когда вокруг полно врагов. Неужто дыхание весны пересилило извечный инстинкт самосохранения? Да мало ли о чем можно гадать, и все будет правдоподобно, но, увы, недоказуемо...
  • Расстрелян и... оправдан.
    С горя Саша начал пить. Вскоре с ним стряслась еще одна беда. В закусочной вспыхнула драка. Когда приехала милиция, все разбежались, а Зайцев не успел. Получил два года за хулиганство. Их он отбыл полностью.
  • «Русь» — кормилица
    Итак, у нас репутация защищает... от законов. Это абсурд, несуразица, двусмысленность положения просто бросается в глаза. Когда же мы решительно поумнеем? И перестанем противиться здравому экономическому смыслу?
  • С Бывалым чего не бывало!
    По уверению Евгения Моргунова, в четырнадцати-пятнадцатилетнем возрасте он был «болваночник». В суровые военные годы (1942 г.) работал на заводе «Фрезер», изготовлял болванки для артиллерийских снарядов.
  • Сыновья Старой Кати
    Наша узкая, бугристая улочка, берущая начало внизу, в городе, упрямо взбиралась наверх, к садам и виноградникам. С соседней горы она казалась рекой.
  • Соловушка.
    Необыкновенная труженица, мастер, автор многих песен, романсов, чуткий аранжировщик известных произведений, свою задачу Евгения Смольянинова видит в том, чтобы донести до слушателя здоровое начало нашей национальной культуры.
  • «...Сперва родство, а потом все остальное».
    Август. Тенистые кроны каштанов окружают гостиницу «Киев». По ступенькам спускается стройный загорелый человек, возраст которого — семьдесят девять лет — повергает в изумление каждого, кто с ним знаком.
  • Старая школа.
    Ученики жгут свою школу. И день, и два... и четвертый год подряд. Нет, нет, не заколдованная школа, если может (дотла все-таки не выгорая!) столь долго гореть; нет, нет, и в учениках не найдем ничего демонического, обычные деревенские ребята.
  • ТВОРЦЫ ОСТАЮТСЯ
    О земле нельзя так протокольно. Земля — это и песня, и сказка, и кормилица наша. Только с добрыми, любящими ее людьми она поделится щедростью своей.
  • Убийство по заказу.
    Но чем дальше продолжалось следствие, тем менее убедительными выглядели объяснения Ольги. К этому времени удалось отыскать обладателя желтой рубашки.
  • Улыбка жены.
    И всю дорогу до места работы помнил и чувствовал на себе свет этой улыбки. И потрясенно качал головой: неужели она почувствовала, что мне приснилось прошедшей ночью?
  • У русских американцев.
    Прекрасно управляя машиной, совершая головокружительные виражи, Мариля не раз до упоения катала нас по гористым улицам Сан-Франциско — одного из красивейших городов мира, главного порта страны на Тихом океане.
  • ВАЛЕНКИ
    У меня холодеет сердце, когда вижу, как обута добрая половина нашей детворы и молодежи: ходить по снегу в кроссовках, сапожках или ботиночках — безумие!
  • "Ваш Зыков..."
    ...Это был трудный класс. У его мужской половины, к сожалению, господстовал культ силы. Все мои усилия в первые месяцы работы с классом были направлены на то, чтобы развенчать власть главного «кулачника», а попросту говоря, хулигана.
  • В книгах и в жизни
    Фраза у Голявкина короткая, «голая», словесных украшений — почти никаких. Зато уж тайной словорасположения, тайной интонации, тайной звучащей речи Голявкин владеет в совершенстве.
  • Зачем мятутся народы?
    В деревне его ждали, и если лето подходило к концу, а Бекташ все не появлялся, бабы начинали тревожиться, строить самые разные домыслы, которые с каждым днем становились все страшнее.
  • Задачка со многими известными
    Терпение их лопнуло, когда они остались без хлеба. В прямом смысле. Без ржаного, пшеничного — всякого. И не потому, что вселенский мор напал на село Андреевское или, тем паче, на весь Александровский район, выметая все подчистую.
  • „Заглянуть в Зазеркалье"
    Писать о людях необычных, редких способностей и знаний, с одной стороны, просто, потому что интересно, с другой — невероятно сложно.

Самое популярное

Муж беременной жены

Может быть, вам встречались фигурки обезьянок из Индии: одна из них закрывает глаза — это означает «не смотрю плохого»; другая закрывает уши — «не слушаю плохого»; еще одна закрывает лапкой рот, что значит «не говорю плохого». Приблизительно так должна вести себя беременная женщина.

Сколько раз "нормально"?

Не ждите самого подходящего времени для секса и не откладывайте его «на потом», если желанный момент так и не наступает. Вы должны понять, что, поступая таким образом, вы разрушаете основу своего брака.

Хорошо ли быть высоким?

Исследования показали, что высокие мужчины имеют неоспоримые преимущества перед низкорослыми.

Как поделить семейные обязанности.

Нынешние амазонки совсем не против того, чтобы уступить место мужу на кухне или поручить ему заботу о потомстве. Но готов ли сильный пол к переделу семейных обязанностей?

Уход за кожей новорожденных

Кожа новорожденных малышей особенно нуждается в тщательном и бережном уходе. Ее защитные функции еще не до конца сформированы, поэтому она крайне подвержена влиянию внешних факторов и нуждается в особом уходе.

Лучшая подруга

У моей жены есть лучшая подруга. У всех жен есть лучшие подруги. Но у моей жены она особая. По крайней мере, так думаю я.

Брак, секс и страсть. Полезные советы.

Постарайтесь вернуть радость и юмор в ваши отношения. Смех отлично снимает напряжение и сближает людей. Не забывайте веселиться и в супружеской спальне.