Присоединяйтесь

Рассказы очевидцев

Кое - что о ТОПОРЕ.

«Венец — всему делу конец»,— говорит пословица. Но слово венец имеет еще одно, чисто плотницкое значение: один ряд бревен в срубе.

Из венцов складывается дом. Один престарелый человек, рассказывая мне о своих мытарствах в сталинских лагерях, заметил:

— Я бы наверняка погиб, если бы не умел держать в руках топор.

С большой группой репрессированных его вывезли в глухую тайгу под Воркутой, дали топоры, пилы и приказали: «Стройте!» Был декабрь, снегу по плечи, мороз — дышать больно. И вот в таких нечеловеческих условиях через месяц на карте свободной страны появился еще один «исправительно-трудовой лагерь» — с бревенчатыми бараками, сторожевыми вышками, столовой, карцером... Еще один памятник трудовому мастерству нашего многострадального народа. Трагический памятник.

По профессии мой знакомый не был плотником. Он был обыкновенным крестьянином, по-старому — мужиком. А на Руси не было мужика, который не смог бы срубить избу. Обучение плотницкому ремеслу шло само собой: в деревне все время кто-нибудь да строился. Ребенок сызмальства видел и топор, и пилу, и молоток, и струг, другой немудреный инструмент, и как только разрешали взрослые, тут же пробовал сделать что-то сам. А иной мальчишка и без разрешения — не углядишь — возьмет молоток, наставит гвоздь на чурку и хвать — по пальцу!

Конечно, слезы. Мать утешает и велит сбросить «нехороший» молоток, отец же, наоборот, с улыбкой показывает сыну, как надо держать молоток в руке, как попасть именно в шляпку, да еще так, чтобы гвоздь не погнулся и вошел в дерево пряменько. Слезы быстро высыхают, и сынишка изумленно гладит теплую блестящую точку — все, что осталось от забитого одним ударом гвоздя. Теперь уж он все сделает так, как учил отец. И получается. Пусть не с одного удара, а с десяти, но ведь сам. Сам!

А заготовка дров. Помню, отец впервые взял меня, маленького, в лес. Лошадь, дровни, пила, топор — все как полагается. Снег только что выпал, в поле белым-бело, а в лесу сумрачно и как-то торжественно-тихо. Деревья строгие, высокие, неприступные. Подъехали к отведенной для рубки делянке. В душе — радостно-тревожное напряжение: справлюсь ли? Ведь я — не просто зритель, а участник взрослой работы. Срубить и повалить дерево — огромное, толстое, могучее — как?

Деревья — сухостойные ели — были отмечены затесями заранее. Отец не спеша обошел их, прикинул, какое куда должно падать, срубил и заострил жердину — толкать — и приступил к первому. Из-под топора брызнули на снег щепки. Отец рубил низко, почти у самой земли — там, где ствол, расширяясь, переходил в корни. Надруб — ровный, прямой, гладкий — острым клином уходил в глубь дерева. Щепки вылетали все мельче.

— Хорош! — Отец распрямился, вытер рукавицей лоб.— Неси пилу.

Казалось бы, что может быть проще обыкновенной двуручной пилы? Однако пилить ею тоже надо уметь, особенно если речь идет не о лежащем в козлах бревне, а о дереве, когда пропил надо делать горизонтально, да еще так низко, что приходится стоять на коленях. Тут важно думать не столько о себе, сколько о товарище, с которым пилишь: ведь от тебя впрямую зависит, каково ему тянуть пилу на себя. (К слову, все люди, с кем мне приходилось пилить, делали это простое дело совершенно по-разному. То есть я хочу сказать, что с помощью прозаической пилки дров можно прекрасно узнать характер человека.) Конечно, отец жалел меня и пилил в основном сам, я лишь подтягивал пилу, но и то быстро уставал и несколько раз отдыхал, пока пила, чуть ли не целиком утонув в стволе, не приблизилась зубьями к подрубу. Ель как стояла, так и продолжала стоять — не дрогнув, не шелохнувшись, как будто и не собиралась падать. Отец велел мне отойти с пилой подальше, к лошади, чтоб, не дай бог, не зацепило, а сам взял жердину, воткнул острым концом в ствол повыше и навалился всем телом. С учащенным сердцем смотрел я на сухую рыжую вершину дерева и ждал. И как ни всматривался, как ни ловил момент, а не заметил, не поймал тот самый миг, в который вершина «пошла». Точнее, не пошла, а поплыла — медленно, спокойно, как большая птица. Но это длилось недолго. Снизу раздался кричащий треск, все дерево вздрогнуло, будто от удара, как-то легко, воздушно крутанулось, словно падающий человек, инстинктивно оберегающийся от ушиба, и шумно, ломая свои и чужие ветви, улеглось между живых еще великанов. Взвилась туча снежной пыли. Тяжелый комель с ярко-желтым свежим срезом подпрыгнул и повис, грозно раскачиваясь вверх-вниз...

Теперь надо было обрубать сучья. Я достал из саней свой топор — полегче отцовского, с ладным аккуратным топорищем, которое тщательно шлифовал осколком стекла. Отец предупредил: — Не торопись. Руби тот сук, который смотрит от тебя, а не на тебя. Не то соскользнет топор и...

Любая работа требует сноровки и правил безопасности. Особенно с таким опасным инструментом, как топор. Тогда, в лесу, все кончилось для меня благополучно. Обрубать сучки я научился быстро. Здесь главное — правильно выбрать направление и место удара: рубить сук надо под самый «корешок»; не задевая, однако, ствола и так, чтобы удар приходился в ту же сторону, куда наклонен сук. В этом случае и топор не отскочит мячиком, и сук отлетит, и поверхность ствола будет ровной.

Теперь самое время поговорить о топоре подробнее.

Как пишут ученые, он появился еще в раннем неолите и представлял собой клинообразный камень, привязанный к деревянной рукоятке. Не знаю, затачивали его на чем-нибудь или острили только скалыванием, но с тех пор, то есть за многие тысячи лет, он, по существу, не изменился, хотя давно уже делается не из камня и не привязывается веревкой.

Со дня своего изобретения топор обнаруживает двойное назначение — как боевое оружие и как универсальное орудие труда. Естественно, нас интересует второе.

Видов топоров много — лесорубные, мясницкие, различные специальные и, конечно же, самые распространенные — плотницкие.

Современный плотницкий топор, как опять же пишут ученые, появился на Руси с начала XVII века. Чем строили дома раньше, я не знаю. Наверное, какими-то особенными топорами, похуже нынешних, но строили хорошо.

Топор — уникальный инструмент. Им можно делать почти все — рубить, колоть, тесать, строгать, забивать клинья и даже... бриться. Последнее я испытывал на себе, когда на спор с товарищами по бригаде так тонко заточил острие своего топора, что смог «насухо» соскоблить юношеский пушок на подбородке.

Наша бригада работала в Сибири, в Хакасии, строили мы в основном дома — брусковые, сборно-щитовые. Приходилось делать и довольно сложную опалубку для железобетонных конструкций, и простейшие заборы, и дощатые сараи, и даже туалеты-времянки. Естественно, у каждого из нас был свой топор, да еще так повелось, что мы старались друг перед другом своими топорами выпендриться. Выпендреж шел на уровне топорищ — кто оригинальнее сделает, тот и мастер. Бригадир Анатолий Кочуров смотрел на это как на ребячество, не более. Его топор был самый неказистый — топорище почти прямое, без загогулин, но аккуратное и, что самое главное, прочное. Однажды он устроил соревнование: предложил каждому метров с десяти кинуть свой топор в бревенчатую стену так, чтобы он воткнулся лезвием в дерево и остался висеть. Мы были рады стараться, но ни у кого из нас этот фокус не удался. Мало того, от ударов о стену наши фигурные топорища разлетались в щепки. А топорище бригадира выдержало. Так он наглядно продемонстрировал, что главное в инструменте — удобство для руки и надежность.

Есть у меня друг-поэт, который в молодости учился на плотника и даже недолго работал по этой профессии. Потом судьба увела его от этого хорошего дела. Но не навсегда. В довольно-таки зрелые годы он вновь стал строителем, теперь уже на садовом' участке, где решил своими руками построить теплый бревенчатый дом. Жена поддержала его. А поскольку он поэт, да еще из тех, которые крайне ревниво относятся к каждому написанному слову, то начал, естественно, с изготовления инструмента, в частности топоров. Он накупил их штук двадцать, не меньше, разных видов и размеров. И насадил каждый на особенное топорище. Все его топоры были гладенькие, с изящными изгибами, утолщениями — в общем, блестящие, как игрушки. Утром, прежде чем приступить к работе, он долго выбирал, какой на этот раз взять топор, выбрав же, мочил оселок в воде и часа два правил острие... А сосед его между тем давно тюкал, и дом его рос на глазах. Жена моего друга сердилась, но терпела. Однако к концу лета, когда дом у соседа был уже под крышей, а ее муж срубил лишь пару венцов, она не выдержала:

— У соседей один топор, да, видать, получше всех твоих. Пойди-ка посмотри.

Друг промолчал, но все-таки тайком от жены сходил к соседу. Ничего особенного он не увидел: топор как топор — в меру тяжелый, в меру острый, но было в нем что-то, чего не было ни в одном топоре моего друга,— топор соседа сам просился в руки. Это неуловимое «что-то» так задело самолюбие поэта, что он собрал все свои топоры в мешок, отнес в лес и закопал. А потом сделал себе еще один — уже без причуд — и, постепенно вработавшись, срубил-таки себе хороший дачный домик.

Самое удивительное в этой истории то, что со временем мой друг обнаружил в своем «рабочем» топоре те же качества, которые увидел в топоре соседа.

Это значит, что поначалу мертвые орудия труда в человеческой руке как бы оживают, становятся ее частью. Мне даже кажется, что «бывалые» инструменты, долго проработавшие в руках мастера, излучают какое-то доброе поле или что-то в этом роде, во всяком случае, они явно греют — если не руки, то сердце — точно.

Каким же все-таки должен быть плотницкий топор? Нам уже ясно, что прежде всего от топора требуется надежность. Топорище делается из древесины твердых пород — ясеня, клена, вяза или чаще всего березы. У хорошего хозяина всегда найдется запасенная впрок подходящая по размеру заготовка (без каких-либо изъянов в виде крупных сучков, трещин, гнили, краснины и синевы). С помощью другого топора ей придается форма топорища. При этом надо соблюсти одно важное условие: основная масса волокон древесины должна остаться целой на всю длину, топорища. Иначе оно может расколоться при насадке топора или будущей работе. Затем рубанком, ножом или еще чем-нибудь (что сподручнее) обрабатывают топорище начисто.

Теперь надо насадить топор. Для этого ту часть топорища, которая должна войти в проушину топора, подгоняют строго по размеру отверстия. Если на краях проушины есть заусеницы, их следует убрать напильником. Топорище должно входить в отверстие достаточно туго, но без задира. Встать на место ему помогают аккуратными, точно направленными ударами тяжелой киянкой или, на худой конец, обухом топора. При этом топорище с насаживаемым топором держат рукой на весу. Еще одно важное условие: лезвие топора должно быть в одной плоскости с топорищем. Если получится косина, нужно начать все сначала.

Далее остался пустяк: обрезать ножовкой высунувшийся излишек и вбить вдоль проушины хороший металлический клин. (Чтобы клин не вылезал обратно, в нем делается широкое круглое отверстие.) Торец топорища, по которому вы колотили, наверняка расплющился, это место надо закруглить, убрав лишнее. Следует иметь в виду, что утолщение на конце топорища делается не для красоты, а для того, чтобы топор во время работы не выскользнул из руки. Топор тогда красив, когда он максимально функционален.

Ну и совсем уж последнее, что надо сделать с топорищем: отшлифовать и покрыть олифой, которая предохранит его от влаги. Красить топорище не надо. (Однажды мне встретился чудак, у которого весь топор, вплоть до острия, был покрыт ядовито-желтой краской — жуткое зрелище.)

Да, забыл сказать, что топоры бывают двух основных типов: с округлым лезвием и прямым. Для плотницких работ рекомендуется первый — он более универсален. Кроме того, топором с округлым лезвием легче и удобнее тесать, выбирать пазы, рубить чашку. Диаметр закругления должен быть достаточно большим.

О заточке.

Хорошо и правильно заточить топор непросто. Для этого дела лучше всего подошло бы старое доброе точило, которое неспешно крутится над корытом с водой. Но сейчас его можно увидеть разве что в краеведческом музее. Хотя в некоторых деревнях еще сохранилось. Топор при заточке на нем надо держать лезвием вверх против вращения точильного камня. И при этом следить, чтобы топор не заваливался, то есть чтобы фаска была строго плоской. Естественно, обе фаски должны быть сточены на одинаковую толщину и симметричны друг другу. Угол их схождения в пределах 10 — 15 градусов. Если сделать его меньше, лезвие может не выдержать нагрузки и выкрошиться. При большем же угле топор будет не столько рубить, сколько мять древесину.

Если же придется затачивать топор на электронаждаке, старайтесь ни в коем случае не пережечь лезвие. Иначе все ваши труды пойдут насмарку. Качество топора во многом (если не во всем) зависит от стали, из которой он изготовлен. Я встречал знатоков, которые по звону могут определить прочность металла. Такие мастера покупают топоры как арбузы: щелкают ногтем и слушают. Если вам попался топор из плохо закаленной стали, его можно закалить, попросив кого-нибудь, кто работает на заводе. Знаю, что так делают.

Каким должен быть вес топора? Важный вопрос. Если вам придется иметь дело с древесиной твердых пород, берите топор помассивнее. Но в любом случае он должен быть по руке. Плотницкий труд требует немалых усилий. Самой физически тяжелой работой мне представляется рубка венцов из круглого леса. Даже очень опытный и сильный плотник вряд ли срубит за день более двух венцов для дома среднего размера. И это при том, что у него в помощниках бензопила.

Заканчивая, обязан сказать несколько слов о технике безопасности. Нельзя забывать о том, что в свое время топором прекрасно отрубали головы. Поэтому будьте бдительны и осторожны. Говорю это, имея собственный печальный опыт: на правой ноге моей и сейчас виден шрам, оставшийся от юношеских лет. Мне еще повезло — сорвавшийся при теске бревна топор угодил в мягкую ткань, а не в кость, что было бы, конечно, много печальнее. Я видел плотников без большого пальца на левой руке. Видел и хромого, который охромел из-за собственной глупой шалости: во время перекура вздумал поиграть топором и нечаянно «стесал» себе коленную чашечку.

Обязательный атрибут плотника - прочные рукавицы. Они предохранят ваши руки от мозолей, кроме того, в рукавицах меньше скользит топорище.

Не шутите с топором. Помните пословицу: замах хуже удара.

Ну вот и все пока.

Петр ЗЛЫГОСТЕВ

Рекомендовать:
Отправить ссылку Печать
Порекомендуйте эту статью своим друзьям в социальных сетях и получите бонусы для участия в бонусной программе и в розыгрыше ПРИЗОВ!
См. условия подробнее

Комментарии

Новые вначале ▼

+ Добавить свой комментарий

Только авторизованные пользователи могут оставлять свои комментарии. Войдите, пожалуйста.

Вы также можете войти через свой аккаунт в почтовом сервисе или социальной сети:


Внимание, отправка комментария означает Ваше согласие с правилами комментирования!

Рассказы очевидцев

  • Барятинский женский монастырь
    Каждый раз, когда я уезжаю из монастыря, «Ангелов вам», — напутствуют меня на прощание сестры. Инокиня Досефея собирает в дорогу снедь. Матушка дарит очередную порцию книг, садится за руль «Москвича» и везет меня в Малоярославец на московскую электричку.
  • Это недетское детское кино
    Вообще тема отсутствия контакта между детьми и взрослыми, взаимонепонимания, одиночества и тех и других стала одной из центральных тем фестиваля.
  • Наша речка Сумерь
    Больше всего там нравилась мне речка, которая протекала за нашим огородом, под горой. Называлась она очень красиво — Сумерь. Берега ее заросли ивняком, ольхой, черемухой. Местами речка была мелкой и быстрой. Местами глубокой и медленной. Где — широкой, а где — такой узенькой, что ее можно было перепрыгнуть с разбега.
  • Владимир Гостюхин: «Будут внуки — надо их учить жить смелее».
    Напряжение было столь велико, что после финальной сцены самоубийства, вошедшей в фильм вторым дублем, я упал на руки режиссеру и не приходил в себя минут пятнадцать...
  • Белая ворона
    Николай Михайлович видел: люди жили бы мирно и дружно, если бы не нарочитое подогревание страстей. Его коробили высказывания вроде тех, что татары, мол, лучше живут, у них дома побогаче, потому как они умнее других, меньше грешат. Он старался не обращать внимания, относил это к «пережиткам прошлого», издержкам низкой культуры.
  • Беспокойство
    Два следа, две узорчатые строчки по краю большой лесной поляны. Здесь прошла утром по свежевыпавшему снегу пара рябчиков. Из любопытства двинулся было за ними, а потом остановился и долго смотрел на их согласный, любовный ход. близко друг от друга — как под ручку шли.
  • Беспредел
    Эта дикая история, произошедшая на бывшем монастырском подворье, — из ряда тех, что трудно осмыслить и объяснить. Она снова ставит все те же жгучие вопросы: есть ли предел нравственному падению нашего общества? И где же выход?
  • "Будь они прокляты, эти орехи!"
    А складывалась судьба у Самвела трудно. Мучила несправедливость наказания. К тому же в колонии здоровье резко ухудшилось. Положили в тюремную больницу. А там врачи установили, что у Самвела туберкулез легких.
  • Бумеранг.
    Так палач, исправно служивший государственной системе террора и уничтожения собственного народа (геноцида) — под знаменем, конечно же, социализма и во благо народа! — в одночасье стал жертвой этой системы, а точнее, тех своих коллег и сотоварищей, с которыми вместе управлял ею под предводительством Сталина.
  • Чужой среди своих.
    Он посягнул на «святая святых» — сравнил средние заработки рабочих, колхозников, учителей с окладами партийных и советских работников которые недавно были повышены.
  • ДЕЛАТЬ «ПЫЛКО ДА ОХОТНО»
    Всякое лето папа вез нас на свою родину, в маленькую деревеньку Бугино, что на берегу Северной Двины. Каждый день для нас, ребятишек, оборачивался здесь новой чудной сказкой, в которой героями становились и мы сами.
  • Деревня должна поменять веру.
    Нет ничего проще, чем создать в нашей стране изобилие продуктов. Можно сказать, пустяковое дело. Государство, власть раздают землю тем, кто хочет.
  • Дядь Саша
    Вошла молодая женщина с мальчиком лет пяти. Из-под козырька меховой с завязанными ушами шапки видны лишь хлюпающий нос да два бдительных глаза.
  • Для красоты и созерцания.
    В погоне за «бабками» за кружево не сядешь. А ведь какая красота! Жизнь нельзя упрощать бесконечно, это всегда оборачивается бездуховностью.
  • Дунинские петухи.
    ...Дунинские петухи начинали петь затемно. Петух сидел на высокой жердочке и дирижировал деревенским утром. Потом гудел рожок пастуха. До сих пор помню чувство протеста, которое вызывал у меня этот вовсе не музыкальный звук.
  • "Душа моя чиста".
    До сих пор остается загадкой, на какие деньги он жил, ибо их у него никогда не было: Коля был хроническим бессребреником.
  • Если вы одиноки
    Повезло мне в тот раз, повезло, досталась «Реклама», обычно раскупаемая мгновенно, стали печатать в ней объявления службы знакомств, о чем город гудел. Самые разные слышал я суждения о таком начинании. Своими глазами читал впервые.
  • «Если вы подружились в Москве»
    Конечно, нет к прошлому возврата. Прошлые радости и огорчения уже пережиты. Но какое-то отчаяние охватывает, наполняет тебя, когда межнациональная грызня выбивает из колеи, мешает людям жить в мире и дружбе.
  • Коня купил...
    Но мне уже успело это понравиться: коня купил, а?! Все-таки заговорила кровь, заговорила. Да и что там ни говори — поступок. Это вам не джинсы там и не «видик» — это конь!
  • «ХРАНЮ, КАК САМУЮ СВЯЩЕННУЮ РЕЛИКВИЮ...»
    В вишневом саду на открытой поляне стояли «солнечные» часы, на крыше школы был флюгер. И часы, и флюгер сделал папа. Он так много умел, что если взять и все перечислить, не хватило бы, наверное, целой страницы.
  • Как я работала гувернанткой.
    Но самое любопытное, что фирма, с которой я заключила договор на столь приятное времяпрепровождение, исчезла... А вместе с ней и моя зарплата. Так что остались только воспоминания. Да эти записки.
  • Как перевелись барсы на Енисее.
    Давным-давно жил да был на берегу Енисея старый-престарый старичок, и был у него такой же старый конь Савраска, по прозванью Губошлеп.
  • Кому нужна война с мужиком?
    Так что начинал Рузвельт с нуля — со строительства. Перегородили его ребята громадный бетонный ангар кирпичной стеной, побелили, провели тепло, установили клетки — своими руками, за свой счет.
  • Кому нужны копилки
    — Почему копилки? Ну, вообще это могло быть все, что угодно. Я, как всякая женщина, человек практичный. Можно ведь сделать красивую вещь, но она будет бесполезной, правильно? А копилка — это серьезно.
  • Контакты второго рода
    История эта достаточно типична, по крайней мере в двух отношениях. Во-первых, как правило, контакт весьма краток. Обитатели тарелок долго наблюдать за собой не позволяют. Во-вторых, в контакт вступают люди неподготовленные. Специалисты узнают о контакте с большим запозданием, когда на месте посадки НЛО уже нет.
  • Кошечка взаймы
    Словосочетание «печки-лавочки» невозможно перевести на иностранные языки. По отдельности значение каждого слова здесь вполне понятно, конкретно; соединенные же вместе, они теряют свой прямой смысл и обретают...
  • Красный день.
    Часов у меня нет, я знаю только, что надо торопиться. Подъем занимает минуту-полторы, но взбегать приходится с задержанным дыханием. Чуть расслабишься, чтобы перевести дух,— сдвинуться потом трудно.
  • Крепко и государство.
    Так мы с мамой встретили тогда Рождество. Детишки уже заснули. Это было на Павловской. Мы были там очень бедны, но счастливы.
  • Курица - не птица?
    Петухов в хозяйстве было два — старый и молодой. Станешь сыпать корм, они друг друга оттирают, и каждый норовит своих кур поближе подтолкнуть. Тронет клювом зернышко, покажет— клюй, мол, да порасторопней!
  • «Левша» за работой.
    Познакомьтесь: педагог не по диплому, а по призванию. Иногда таких называют чудаками. Безусловно, ласковое слово «чудак» подходит для тех, чья «странность» настоена на чистом альтруизме.
  • Любовь с печалью пополам.
    Может, это уж и впрямь возрастное, но что поделаешь: тянет какая-то неизъяснимая сила снова поближе к деревне, ее быту, к дому крестьянскому, хлебу, пашне... А прикоснувшись, приобщившись, хотя бы на время, ко всему этому, с горечью убеждаюсь, как много хорошего, мудрого и доброго ушло из крестьянской жизни.
  • "Люди меня боялись..." Исповедь бывшего сельского участкового инспектора.
    Приходилось ли выпивать самому? Ясное дело, приходилось. Как говорится, служба заставляла. Но пил я не какую-нибудь гадость, а только водочку или коньяк. Придешь, бывало, вечером в подсобку сельпо, чтобы узнать, как идут дела, а здесь тебе уже стол накроют, с выпивкой, закуской — все как полагается. Потом в дорогу сверточек с продуктами, а как же! Колбаски там, ветчинки, консервов... Но все — в меру.
  • МАЕЧКА
    Сама Маечка ничего не рассказывала о своей семейной жизни. Она вообще никогда не принимала участия в наших нервных и жалобных рассказах друг другу о мужьях, детях, хозяйстве, здоровье.
  • Мечта о ночлеге.
    Но как осуществить эту, казалось бы, такую простую, безыскусную мечту? Не скажешь же удивленным хозяевам: хочу тут у вас переночевать! Почему? Зачем? Что случилось? Естественные, право, вопросы, если твой законный ночлег отсюда всего в двадцати минутах ходу.
  • МОЙ ДУХОВНИК
    Мы ведь видим только одну сторону жизни священника — его службу в церкви. Остальное (быт, радости, горести) как бы за семью печатями.
  • Напрасно родные ждут сына домой...
    В тот день рядовой Анатолий Чмелев был дневальным по госпиталю. Столкнувшись на лестнице с санитаром Павлом Эунапу, услышал приказ: вымыть полы. Анатолий удивился: а почему, собственно, он, больной, должен это делать?
  • Несостоявшийся полёт
    Какими они были, избранницы космического века, окрыленные фантастически дерзновенной мечтой полета в неизведанное, манящее тайной пространство?..
  • Ничего, что я пляшу в галошах?
    Телевидение снимало «Русский дуэт» на платформе и площади Ярославского вокзала. Как только они запели, вокруг собрался народ, который сам стал участником этого представления: в образовавшийся возле выступающих круг влетело несколько женщин и мужчина, они стали подпевать и приплясывать.
  • О время-времечко!..
    На моих глазах умерло несколько деревень в округе. Зрелище — не приведи Бог! Умерла и наша. Надо было искать другую.
  • Память - в сегодняшних делах.
    Постоянно трудиться, помогать родителям й воспитании их мальчишек и девчонок — это от доброты сердечной и от понимания того, какое значение для человека имеет детство.
  • Пили, но в меру.
    Юношей мне доводилось частенько бывать на этой пильне и видеть бешеное челночное мелькание целой дюжины пил, зажатых в механическую пилораму, которые разом выплевывали по нескольку досок.
  • Платье Мельпомены
    Сократа очень уважали на нашей улице. И на соседних тоже. Знакомые и незнакомые люди обращались к нему за советом в спорных делах, и он всегда находил справедливое решение.
  • Пока остаюсь „рекордсменом"...
    Что ж, буду кормить себя сам! Да еще и детям помогу. Как? А вот как: построю сарай, завезу пару кабанчиков, куплю десятка полтора хохлаток, да разработаю соток десять огорода под овощи.
  • Полмешка ржаных сухарей.
    Ехали в теплушке, вместе с другими заводскими, в тесноте, да не в обиде. Вскоре раздали сухой паек — сухарями. На семерых получилось полмешка ржаных сухарей, которым особенно обрадовалась бабушка Наташа. Она готовила пищу, а продукты были уже на исходе.
  • ПО МОЕМУ ХОТЕНИЮ.
    Все-таки это странно — разгуливать средь бела дня, когда вокруг полно врагов. Неужто дыхание весны пересилило извечный инстинкт самосохранения? Да мало ли о чем можно гадать, и все будет правдоподобно, но, увы, недоказуемо...
  • Расстрелян и... оправдан.
    С горя Саша начал пить. Вскоре с ним стряслась еще одна беда. В закусочной вспыхнула драка. Когда приехала милиция, все разбежались, а Зайцев не успел. Получил два года за хулиганство. Их он отбыл полностью.
  • «Русь» — кормилица
    Итак, у нас репутация защищает... от законов. Это абсурд, несуразица, двусмысленность положения просто бросается в глаза. Когда же мы решительно поумнеем? И перестанем противиться здравому экономическому смыслу?
  • С Бывалым чего не бывало!
    По уверению Евгения Моргунова, в четырнадцати-пятнадцатилетнем возрасте он был «болваночник». В суровые военные годы (1942 г.) работал на заводе «Фрезер», изготовлял болванки для артиллерийских снарядов.
  • Сыновья Старой Кати
    Наша узкая, бугристая улочка, берущая начало внизу, в городе, упрямо взбиралась наверх, к садам и виноградникам. С соседней горы она казалась рекой.
  • Соловушка.
    Необыкновенная труженица, мастер, автор многих песен, романсов, чуткий аранжировщик известных произведений, свою задачу Евгения Смольянинова видит в том, чтобы донести до слушателя здоровое начало нашей национальной культуры.
  • «...Сперва родство, а потом все остальное».
    Август. Тенистые кроны каштанов окружают гостиницу «Киев». По ступенькам спускается стройный загорелый человек, возраст которого — семьдесят девять лет — повергает в изумление каждого, кто с ним знаком.
  • Старая школа.
    Ученики жгут свою школу. И день, и два... и четвертый год подряд. Нет, нет, не заколдованная школа, если может (дотла все-таки не выгорая!) столь долго гореть; нет, нет, и в учениках не найдем ничего демонического, обычные деревенские ребята.
  • ТВОРЦЫ ОСТАЮТСЯ
    О земле нельзя так протокольно. Земля — это и песня, и сказка, и кормилица наша. Только с добрыми, любящими ее людьми она поделится щедростью своей.
  • Убийство по заказу.
    Но чем дальше продолжалось следствие, тем менее убедительными выглядели объяснения Ольги. К этому времени удалось отыскать обладателя желтой рубашки.
  • Улыбка жены.
    И всю дорогу до места работы помнил и чувствовал на себе свет этой улыбки. И потрясенно качал головой: неужели она почувствовала, что мне приснилось прошедшей ночью?
  • У русских американцев.
    Прекрасно управляя машиной, совершая головокружительные виражи, Мариля не раз до упоения катала нас по гористым улицам Сан-Франциско — одного из красивейших городов мира, главного порта страны на Тихом океане.
  • ВАЛЕНКИ
    У меня холодеет сердце, когда вижу, как обута добрая половина нашей детворы и молодежи: ходить по снегу в кроссовках, сапожках или ботиночках — безумие!
  • "Ваш Зыков..."
    ...Это был трудный класс. У его мужской половины, к сожалению, господстовал культ силы. Все мои усилия в первые месяцы работы с классом были направлены на то, чтобы развенчать власть главного «кулачника», а попросту говоря, хулигана.
  • В книгах и в жизни
    Фраза у Голявкина короткая, «голая», словесных украшений — почти никаких. Зато уж тайной словорасположения, тайной интонации, тайной звучащей речи Голявкин владеет в совершенстве.
  • Зачем мятутся народы?
    В деревне его ждали, и если лето подходило к концу, а Бекташ все не появлялся, бабы начинали тревожиться, строить самые разные домыслы, которые с каждым днем становились все страшнее.
  • Задачка со многими известными
    Терпение их лопнуло, когда они остались без хлеба. В прямом смысле. Без ржаного, пшеничного — всякого. И не потому, что вселенский мор напал на село Андреевское или, тем паче, на весь Александровский район, выметая все подчистую.
  • „Заглянуть в Зазеркалье"
    Писать о людях необычных, редких способностей и знаний, с одной стороны, просто, потому что интересно, с другой — невероятно сложно.

Самое популярное

Муж беременной жены

Может быть, вам встречались фигурки обезьянок из Индии: одна из них закрывает глаза — это означает «не смотрю плохого»; другая закрывает уши — «не слушаю плохого»; еще одна закрывает лапкой рот, что значит «не говорю плохого». Приблизительно так должна вести себя беременная женщина.

Сколько раз "нормально"?

Не ждите самого подходящего времени для секса и не откладывайте его «на потом», если желанный момент так и не наступает. Вы должны понять, что, поступая таким образом, вы разрушаете основу своего брака.

Хорошо ли быть высоким?

Исследования показали, что высокие мужчины имеют неоспоримые преимущества перед низкорослыми.

Лучшая подруга

У моей жены есть лучшая подруга. У всех жен есть лучшие подруги. Но у моей жены она особая. По крайней мере, так думаю я.

Как поделить семейные обязанности.

Нынешние амазонки совсем не против того, чтобы уступить место мужу на кухне или поручить ему заботу о потомстве. Но готов ли сильный пол к переделу семейных обязанностей?

Уход за кожей новорожденных

Кожа новорожденных малышей особенно нуждается в тщательном и бережном уходе. Ее защитные функции еще не до конца сформированы, поэтому она крайне подвержена влиянию внешних факторов и нуждается в особом уходе.

Брак, секс и страсть. Полезные советы.

Постарайтесь вернуть радость и юмор в ваши отношения. Смех отлично снимает напряжение и сближает людей. Не забывайте веселиться и в супружеской спальне.