Интервью

Владимир Гостюхин: «Будут внуки — надо их учить жить смелее»

Напряжение было столь велико, что после финальной сцены самоубийства, вошедшей в фильм вторым дублем, я упал на руки режиссеру и не приходил в себя минут пятнадцать...

Оказывается...

Наука и спорт

Высокие достижения спортсмена зависят не только от физической формы, но и от того, как он экипирован. Спортсмен может и не знать, сколько всяких ноу-хау вложено в его победу.

Присоединяйтесь

• RSS

Что не является капризом.

Начало истерики — это уже не каприз.

Не доводите дело до истерики. Даже если вы триста раз правы, не делайте так, чтобы ваш ребенок бился в судорогах и дыхательных спазмах. Бывают, конечно, замечательные маленькие актеры и актрисы, знающие, на что и как нужно надавить, чтобы добиться своего, и в какой тональности следует работать. Но если вы видите, что дело идет к самой взаправдашней истерике, быстро сворачивайте лекции и обнимите своего маленького, дорогого, самого любимого человека, который не знает и сам, отчего он плачет, сжимает кулачки, вырывается и кричит. Если вы сами в состоянии взять себя в руки, обнимите ребенка и попросите у него прощения за то, что вы, умный взрослый, допустили до такого и не сумели все правильно объяснить так, чтобы малыш понял. Если вы не в состоянии контролировать свои слова, лучше выйдите на некоторое время из комнаты и успокойтесь.

Зачем лить яд на голову родному человечку? Каприз проходит рано или поздно, но ваше отношение ребенок запомнит. Ваша реакция послужит ребенку моделью поведения в критических и просто неприятных ситуациях. Вы кричите? И он будет. Обвиняете? Осуждаете? Представьте, что ребенок через несколько лет будет реагировать на внешний раздражитель таким же образом. У вас есть оправдание: ну он же тогда капризничал. А для ребенка поводом к подобному поведению может послужить другой значимый для него фактор. Нам этот фактор может показаться незначительным, а то и вовсе ничтожным. Мы обязательно укажем: «Ты почему из-за мелочей взрываешься?» Для вас важен его каприз, а ребенок вполне сможет отреагировать руганью на то, что вы нечаянно сломаете его игрушку.

Плач несправедливо обвиненного — это не каприз.

Как часто мы относимся к своим детям несправедливо, слегка передергивая правду так, как нам удобно! Ребенок, естественно, не может нам ничего доказать, но он чувствует правду и наше отношение к нему и к правде, делает соответствующие выводы. Дальше — он может либо обидеться и промолчать, либо обидеться и выразить это вслух. Вообще, ответ на ущемление личности мы привыкли рассматривать по-разному. Если нас ущемляют — это несправедливость, если мы ущемляем ребенка — это воспитательный процесс.

Весь вопрос не в том, где заканчиваются личностные интересы, а в том, как грамотно воспитывать. Если мы боимся ребенку слова поперек сказать —- это еще не значит, что мы личность уважаем. Это значит, что мы боимся конфликтов.

Кое-кто готов заниматься очковтирательством, чтобы окружающие смотрели на его семью и думали: «Надо же, какие интеллигентные люди!» Интересно, зачем это нужно?

И правды, в конечном итоге, боимся как огня. И скандалов боимся. Но ведь отсутствие скандалов еще не означает присутствия мира и гармонии. Отсутствие скандалов говорит всего-навсего о своеобразном понимании того, что значит интеллигентность. Мы не скандалим, мы же интеллигентные люди. Мы всего-навсего поедом друг друга едим, говоря колкости, ожидая неприятности, и в стремлении защититься сами нападаем с упреками и обвинениями. Конечно, ребенок согласится с нами, что он виноват, только зачем же внушать ему это постоянно. Мы отказываем ребенку во внимании, не удосуживаемся объяснить, не опускаемся до «мелочей», мол, сам должен понять, в чем он провинился. Что делать ребенку? Протестовать во весь голос, или тихо глотать слезы, или плакать навзрыд? Иногда мы очень завышаем планку и требуем практически невозможного. Дети постигают жизнь благодаря нам. А мы, образно выражаясь, кидаем их в воду и говорим: «Выплывут».

Н. Беринг