Интервью

Владимир Гостюхин: «Будут внуки — надо их учить жить смелее»

Напряжение было столь велико, что после финальной сцены самоубийства, вошедшей в фильм вторым дублем, я упал на руки режиссеру и не приходил в себя минут пятнадцать...

Оказывается...

Наука и спорт

Высокие достижения спортсмена зависят не только от физической формы, но и от того, как он экипирован. Спортсмен может и не знать, сколько всяких ноу-хау вложено в его победу.

Присоединяйтесь

• RSS

Трубочник.

«Рядом с неминуемым оружием, с бессменными принадлежностями службы, вы увидите... трубку, которая верно сопутствовала ему во всех трудностях и опасностях ремесла, и не раз докуривалась и гасла без ведома его в его руках, когда он погружался в память минувшего или в мечту о будущем...» Так в середине прошлого века описывала кабинет бывшего военного писательница Евдокия Ростопчина. Трубка — непременный атрибут, впрочем, не только в кабинете военного. Недавно я перечитывал сборничек романтических повестей пушкинского времени и поневоле обратил внимание, насколько часто упоминается в них трубка. Персонажи повестей то закуривают ее, то, наоборот, откладывают в сторону, и лишь после того приступают к рассказу о необыкновенных событиях, происшедших с ними. И трубка, именно трубка — теплая, исходящая ароматным дымком,— придает какую-то задушевность рассказу.

Да что же это такое — трубка? Приспособление для курения? Нет, не только. Это нечто большее. Читатель, видимо, догадался, что и я являюсь трубочником. Но, поверьте, ни в коей мере не собираюсь ратовать за курение. Никотин — штука для здоровья вредная. Курить надо бросать.

Но хотим мы того или нет, табак (и все связанное с ним) настолько крепко вошел в наш быт, что стал элементом культуры. Шутка ли сказать, табак найден в гробницах фараонов. Загадка, над которой ломают головы историки. Как мог оказаться табак в Древнем Египте, если официально считается, что завез его в Старый Свет Христофор Колумб? Получается, египтяне за столетия до нашего летосчисления торговали с Америкой? И не только египтяне: следы табака найдены в захоронениях древнего Ближнего Востока.

А сколько существует табак, столько же времени существуют и трубки для курения. Есть трубки совсем простенькие. Ну, например, из початка кукурузы — такие, какие использовали Том Сойер и Гек Финн. А есть трубки, с полным правом считающиеся произведениями искусства,— скажем, украшенные чеканкой и гравировкой восточные кальяны. Так стоит ли удивляться, что есть люди, коллекционирующие трубки? У нас в стране,— тоже.

Я знаю о нескольких прекрасных собраниях. К примеру, более сотни трубок в коллекции известного артиста и режиссера Сергея Бондарчука. Собрание, о котором я хотел бы рассказать сегодня, немногим меньше — несколько десятков. Принадлежит оно журналисту Петру Скобелкину.

Несколько слов о самой коллекции. Постоянно у Петра хранится всего полтора-два десятка трубок. Часть экспозиции Скобелкина находится на его родине, в Вятской области, в небольшой деревеньке. Так что сегодня мы можем познакомить вас лишь с частью коллекции трубок и «околотрубочной» атрибутики. Впрочем, что это за атрибутика, как начала складываться коллекция,— обо всем этом лучше расскажет сам собиратель. И первый вопрос ему: почему трубки?

— Первую трубку мне подарили на мое сорокалетие. С этой «подачи» я и стал трубочником. А потом понял, что мне это по вкусу, да и в профессиональном отношении удобно. Обычно курильщик на машинке печатает — держит сигарету в руках. А у меня руки свободны — трубка-то в зубах.

— Петр, а на родине у тебя, в деревне, трубки кто-нибудь курил?

— Старики курили махорку. Трубки делали из березового капа — он махру выдерживает, не прогорает. Но вместе со стариками «ушли» и трубки.

— А какие у тебя есть трубки?

— Есть «Данхил» — это лучшая в мире фирма, есть «Лорд» — тоже среди курильщиков ценится. Есть у меня трубки прямые, гнутые, с колпачком и без колпачка. Очень интересны трубки, которые подарил мне космонавт Виктор Савиных. Например, из Южной Америки он привез индейскую трубку. Из Гонконга — бамбуковую, очень необычную. А вообще, из чего только трубки не делают. Про березовый кап я уже говорил. В средней полосе России в ходу вишневые. На севере, в Якутии, делают чубуки из моржовой кости. По художественной литературе прошлого века все, наверное, знают о пенковых трубках. Их родина — Швейцария, а точнее — Женевское озеро. Время от времени там со дна всплывают кусочки вулканических образований, вроде пемзы. По структуре они похожи на пену, отсюда и название — пенка. Есть у меня фарфоровая трубка. Ее привез из Голландии известный скульптор Евгений Вучетич. К слову сказать, очень долго не мог я подобрать к фарфоровому чубуку подходящий мундштук. Никто из мастеров не брался сделать. Лишь недавно нашел я на фабрике «Ява» такого умельца. Зовут его Геннадий Тарасов, отличный трубочных дел мастер.

Но для настоящего трубочника ценность трубки — не в форме и даже не в материале, из которого она сделана. Самые «вкусные», если можно так сказать,— трубки «брюар», чубук у которых — из верескового корня. Растет он близ Средиземного моря, особенно хорош вереск в Албании. Из него и на «Яве» делают трубки. И все же главное, повторю, не материал. Главное — обкуренность. Чем дольше трубку обкуривали, тем она лучше. В старые времена капитаны дальнего плавания на все время рейса отдавали трубку на обкурку матросу.

— Еще один вопрос. Человек, собирающий, скажем, марки, о каждой из них может что-то рассказать. А что можно рассказать о той или иной трубке?

— Очень многое. Ну, например, у меня есть трубка, которую подарил мне человек, «отмотавший» большой срок в сталинских лагерях. Там же, в заключении, он и сделал трубку. Ушло у него на это три года.

— Дорогое это удовольствие — собирать трубки?

— Многие мои трубки мне подарили, а так — да, недешево. Те трубки, что в табачных ларьках продают,— это не для курения, а для красоты — сувенирные. Хорошая трубка стоит около ста рублей. Но ведь я не только трубки собираю, но и все, с ними связанное — табак, зажигалки для трубок. Есть даже специальные спички, они раза в четыре длиннее обычных.

В общем, это увлечение, как и, наверное, любое другое, обходится недешево. Но, как говорится, искусство требует жертв.

Борис АЛЕКСАНДРОВ