Интервью

Владимир Гостюхин: «Будут внуки — надо их учить жить смелее»

Напряжение было столь велико, что после финальной сцены самоубийства, вошедшей в фильм вторым дублем, я упал на руки режиссеру и не приходил в себя минут пятнадцать...

Оказывается...

Наука и спорт

Высокие достижения спортсмена зависят не только от физической формы, но и от того, как он экипирован. Спортсмен может и не знать, сколько всяких ноу-хау вложено в его победу.

Присоединяйтесь

• RSS

Каприз и характер.

Капризность как таковая — давление, изначально не свойственное ни одному ребенку; дети не рождаются капризными, такими они становится благодаря той среде, в которой живут. Ребенок — не глина, из которой можно «лепить» что нам угодно, но «табула раса», на которой оставляет след любое событие или слово. Опыт, увиденное, услышанное — формируют реакции и черты характера. Так, например, безынициативность — приобретенное качество, поскольку детям с рождения свойственна повышенная двигательная активность и творческое познание действительности. И леность, и лживость — не врожденные, но приобретенные качества. Список можно продолжить.

Капризность не является врожденной чертой характера. Однако пока родители не освободят свои стрессы, дети будут капризничать. И с радостью перестанут это делать, как только родителям больше не понадобится этот урок.

Характер — величина более или менее постоянная. Каприз — нет. Человек даже при всем желании не может капризничать целые сутки.

Какие-то формы проявления каприза могут войти в привычку, например, нытье, но при изменении мировоззрения привычка ныть пропадает. Другой вопрос — изменится ли мировоззрение. Впрочем, став взрослым человеком и уже не находясь в психологической зависимости от родителей, человек сможет сам сделать выбор — кем ему быть: нытиком, или несгибаемым борцом за жизнь, или просто человеком. Ориентировку первых, допубертатных, лет жизни даем ребенку мы, родители. В подростковый период влияние родителей несколько снижается, но не исчезает никогда. И если ребенок видит в своем родителе цельную личность с твердым характером — ему повезло, ему не нужно метаться в поисках модели поведения: он ее обретает в лице мамы или папы.

Мы можем говорить о капризности характера, подразумевая под этим то, что родители передают детям стрессы «по наследству», и дети их покорно берут. В этом смысле «капризность» — явление врожденное.

Дети не хотят слушаться родителей — это каприз? С нашей, родительской, точки зрения — явный каприз. Мы, родители, не хотим, чтобы дети повторяли наши ошибки, и поэтому учим детей, несмотря на то, что детям наше добро не нужно, им нужны их собственные шишки. Так посредством каприза рождается характер. Ребенок отвергает нашу сверхопеку, а потом и всякую предложенную помощь. Мы считаем это капризом. Пусть. Но так ребенок учит свой урок, именно так он формирует свой характер, свое отношение к жизни. Если мы не умеем объяснить ребенку, почему не нужно быть упрямым ослом, мы вынуждены будем терпеть его ослиное упрямство и сталкиваться нос к носу с собственным ослиным упрямством, ждущим освобождения и исправления. Наши дети — это наше зеркало. Что нам не нравится в наших детях — нужно поискать это в себе. Найдется, обязательно найдется та черта характера, которая в утрированном виде сидит в наших детях. А мы бы так хотели, чтобы в чем-то наши дети не были такими, как мы. И в то же время очень хотели бы видеть в детях собственные копии. То есть, грубо говоря, мы хотели бы прожить за детей их жизни, избегая тех ошибок, которые делали мы и на которых мы чему-то выучились. То есть, мы хотим думать за наших детей. Думать, извините, нужно только за идиотов. Неужели мы хотели бы из наших детей сделать идиотов, у которых была бы светлая, безоблачная жизнь и никаких проблем?

Н. Беринг